Ах, как здорово было! Максим даже на миг позабыл о монстрах и вообще о том, как и зачем они здесь оказались, настолько было приятно танцевать вместе со всеми, крепко прижимая к себе любимую девушку…
— Ну и наряд у нас… — тихонько смеясь, прошептала Олеся. — Хорошо, что никто не видит…
Она вдруг поцеловала Максима в губы — крепко, жарко, так что заломило виски…
И когда песня закончилась, они все стояли посреди зала и целовались. Все никак не могли насладиться друг другом, словно не виделись по меньшей мере лет десять. А над их головами, в черном бархатном небе, ярко сверкали звезды.
Солист объявил в микрофон последний танец.
Уау! Насколько он оказался энергичным… Еще бы — «Венус» из репертуара «Шокинг Блю»…
— Ой, смотри, смотри — Петрович! — со смехом показала пальцем Олеся.
Тихомиров даже присвистнул — уж никак не ожидал подобных коленцев от пожилого в общем-то инженера.
А тот, выламываясь, словно в припадке, помахал им рукой:
— Эгей! Неужели «Шизгару» не спляшу?! Да и черт-то с ними, с монстрами!
Вот именно — черт с ними! Наверное, беглецы уже устали бояться, сколько можно-то?
Когда танцы закончились, они пошли вместе с толпой молодежи, с одной из весело хохотавших групп, а поскольку таковых было много, то и трехглазые растерялись, перебегая от одной компании к другой.
— Сейчас они все разойдутся, — негромко сказала Олеся. — А мы куда денемся? Что-то не очень-то хочется монстрам в пасть!
— И мне не хочется… — Максим скосил глаза — они как раз проходили мимо небольшого деревянного магазинчика с заманчивой надписью «Вино». Вывеску освещал желтоватым светом укрепленный на столбе рядом фонарь.
— А ну-ка… — Придержав своих спутников, молодой человек кивнул на магазин. — Пошли-ка… что там за вино? Глянем!
— Максим! Мы ведь его все равно выпить не сможем, ты что, забыл?
— Да нет, не забыл, помню… Пошли!
Поднявшись на крыльцо, беглецы остановились перед закрытой на железный засов дверью.
— И что теперь? — недоверчиво усмехнулась Олеся. — Взломаем? Вообще-то я не очень понимаю…
— Сейчас поймешь…
— Нам вовсе не надо здесь ничего взламывать, Олесенька, — пояснил Петрович. — Достаточно просто разбежаться и, так сказать, бухнуться головой.
— Уж тогда, Григорий Петрович, вы первый!
— А запросто! Знаете, интересно даже…
Не тратя времени даром, инженер с силой оттолкнулся от перил крыльца и…
И исчез! Прямо вот пролетел сквозь стенку.
— Ну? — Максим посмотрел на девушку. — Давай и мы.
— Я… я боюсь… — честно призналась Олеся. — Знаю, что проскочу, но… духу как-то не хватает.
— Ничего, не бойся. Лучше дай руку… А теперь — как в воду. Раз-два… Побежали! Ухх!!!
В магазине было темно и душно. Петрович, правда, отыскал на прилавке спички и теперь чиркал ими, старательно освещая ряды таинственно мерцающих бутылок. И шепотом читал этикетки:
— «Пшеничная», «Стрелецкая», «Старка»… Эх, Максим, что за названия, ах! А вот там… там — «Агдам», «Поляна», «Золотая осень»…
— Чего они там пили-то? — Тихомиров озадаченно почесал затылок. — «Солнцедар», кажется…
Инженер обернулся:
— Не, не «Солнцедар» — «Яблочное».
— А есть оно тут?
— Да вон, целый ящик. Рядом с «Плодово-ягодным».
Вытащив из ящика бутылку, Максим грохнул горлышко о прилавок, понюхал, поморщился:
— По-моему, то, что доктор прописал. Олеся, иди сюда… Наклонись.
— Зачем это?
— Наклонись, я кому сказал?!
— Ну ладно… Ой!!! Ай!!! Ты чего творишь-то?!
Девушка взвизгнула: еще бы, Тихомиров со всего маху вылил ей за шиворот всю бутылку «Яблочного» вина.
— Так, Петрович… Давай еще одну!
— Вы… вы зачем это? — Олеся с возмущением подняла было руки… и тут же расхохоталась.
— Ну что? — натираясь «Плодово-ягодным», словно одеколоном, ухмыльнулся Максим. — Дошло наконец?
Девушка засмеялась:
— Дошло. Мог бы, между прочим, и заранее предупредить.
— А так забавнее вышло!
— Ой, мужики, ну и запах от вас! Бомжи — и те лучше пахнут.
— На себя посмотри. Вернее, понюхай.
Точно так же, как и вошли, они выпрыгнули из магазина… прямо на стоявших неподалеку монстров.
Трехглазые возмущенно зарычали и попятились, но не обратили на беглецов особого внимания, не больше, чем на всех прочих местных, что и требовалось!
— Неужели получилось? — недоверчиво воскликнула Олеся. — Неужели?
— Да уж. — Тихомиров довольно потер руки. — Теперь этим чудищам нас затруднительно будет учуять. Ну, разве что позже, когда винный запах выветрится.
— Надеюсь, к тому времени мы уже будем далеко, — усмехнулся Григорий Петрович.
— А может быть, не стоит дожидаться автобуса? — Олеся внимательно посмотрела вокруг.
Максим усмехнулся:
— Предлагаешь пешком?
— Да нет… Может быть, угоним какую-нибудь машину?
— Ого! Ты только послушай, Петрович? Какие криминальные склонности обнаружились вдруг у нашей милой спутницы! Всего-то стоило ограбить винный магазин…
— Ладно тебе смеяться-то. Я дело говорю!
— Ну ясно — дело. Кто б сомневался! — Эй, — тихо засмеялся Петрович. — Вы только посмотрите на наших монстров!
Похоже, трехглазые твари наконец утомились. Уселись на корточки — точь в точь бывшие зэки, — прислонили к ближайшему дереву копья. Задумались!
