«Когда-то это должно произойти, — смиренно думал он, чувствуя, как ноги оплетает лиана. — Зато наконец-то увидимся с Соней… Стоп. А что, если она жива?»
Вынырнув из омута размышлений, зоолог заметил, что осталось лишь одно щупальце. Оно неспешно тащило его по земле, и Костя начал смотреть по сторонам в поисках спасения. В лицо бестии летели куски почвы, трава и мелкие камешки, но она этого не замечала. Вспомнив про пустой пистолет за поясом, Костя швырнул его в голову девочки, как томагавк. Затаив дыхание, он наблюдал, как пистолет приближается к цели, словно в замедленной съёмке. Но второе щупальце, выскочив из-за подкладки, отбило атаку.
— Да чтоб тебя! — выругался Хруст. — А что, если я сейчас наделаю в штаны от страха? Понравится тебе такая начинка, а?
Через секунду зоолог ударился обо что-то твёрдое копчиком, а затем почувствовал этот предмет каждым ребром. Перевернувшись на бок, Хруст увидел наполовину утопленный в землю кирпич. Он машинально вцепился в него руками и сразу же почувствовал, с какой силой щупальце тянет его в другую сторону. Но страх перед неизвестностью оказался сильнее, чем боязнь быть разорванным на две части, и зоолог держался за кирпич, как за последнюю тростинку. Первым поддался кирпич, и Костя резко полетел в сторону чудища. Не теряя времени, он швырнул красный прямоугольник в бестию и попал прямо в голову. Зеленоватое свечение тут же погасло. Через секунду туман перед курткой развеялся, а подкладка превратилась в обычную ткань. Все лианы безжизненно упали на землю. Немного повисев в воздухе, куртка с детской головой рухнули вниз и утонули в высокой траве.
Костя поспешно снял с ног зелёную петлю, и циркуляция крови начала восстанавливаться. Хруст без сил упал в траву, заложив руки за голову. Плывущие по небу облака заворожили зоолога, как никогда прежде. Одно из них напоминало огромную птицу. Такую мог изобразить художник-великан, вдохновенно водя большой кистью по бескрайнему светло-голубому холсту. Птица была метафорой свободы, жизнь без которой теряла всякий смысл. В небе не было ни серых зданий, ни угрюмых прохожих, ни жужжащих машин или дымящих заводов — лишь бескрайний простор. Рассматривая облака, Костя успокаивался. Он чувствовал, как тревога сходит на нет, а людские хлопоты теряют свою важность.
Придя в себя, Костя направился к месту крушения летающей норы. Он обнаружил самую обычную кожаную куртку с парой пулевых отверстий. Из-под неё выглядывала маленькая рыжая макушка с короткой косичкой. Зоолог вспомнил, что ему нужно принести голову бестии в депо. Раньше такое условие казалось ему нормальным, но теперь… Хруст понимал, что никто не поверит в историю о чудище с лицом ребёнка. К тому же, ему не хотелось ходить с таким грузом в руках. Единственное, что помогло бы разрешить спор с заказчиком, — глаза маленького дьяволенка. Решив удостовериться, что они всё ещё чёрные, как смоль, зоолог осторожно приподнял её веки.
— Подстава, — расстроился Хруст, увидев зелёные глаза. — Хотя бы угля наберу…
Отойдя на пару метров, Костя оглянулся.
«Ядрёши макароши, это как-то не по-людски, — подумал он. — Нельзя оставлять бедную девочку на съедение воронам. Ей и так пришлось несладко».
Пройдясь по садовым участкам, зоолог набрёл на ветхий сарай. Поискав в тёмных глубинах старой постройки, он нащупал штыковую лопату. Костя вышел на свет и разочарованно покачал головой: проржавевшее полотно с подгнившим черенком не вызывали доверия, но перспектива искать другую лопату тоже не привлекала зоолога… Вернувшись, он вытер окровавленный лоб ребёнка рукавом и прикрыл рану чёлкой. Выкопав небольшую яму, Хруст аккуратно положил туда куртку с ангельским лицом.
— Что ж… Кем бы ты ни была при жизни, надеюсь, что твоя душа обретёт покой. Прощай, малявка!
Закончив свою речь, зоолог вернул землю на место и хорошенько утрамбовал её. Немного постояв у могилки, он отыскал в траве пистолет и двинулся прочь.
Было чуть за полдень. Солнце то выглядывало, то снова пряталось за облака. Внезапно поднявшийся ветер принёс стаю серых туч, и небо нахмурилось. Костя вернулся к гаражу и увидел, что дуло ружья загнуто под девяносто градусов. Огорчённый утратой, он вошёл внутрь и забрал катану, которая, к счастью, не пострадала. После этого зоолог вернулся на сельскую дорогу, поднял с земли пустое ведро и направился к грузовому поезду.
— Эй, братва! Отворяй ворота! — крикнул Костя, стоя у входа в депо. — Это я, зоолог Хруст. Принёс журнал… Тьфу! Уголь принёс. Чудище мертво, гоните награду!
Было слышно, что за створками кто-то перешёптывается. Костя терпеливо ждал. Через пару минут замок открылся, и скрипучие ворота распахнулись. Помимо постовых, за ними стоял один из приспешников босса и двое парней с автоматами наизготовку. В руке у приближённой особы был неизвестно где добытый изящный наган образца 1895 года с барабаном на семь патронов.
— За мной, нига, — скомандовал приспешник, указывая направление дулом пистолета.
