Книсс не терял времени даром. Он делал все, что было в его силах, чтобы выследить чудовище. А мог он многое. С тех пор, как ему удалось договориться с Судьбой, управлять событиями в своей жизни стало проще простого. Достаточно было только захотеть, и все мыслимые и немыслимые вещи ложились к его ногам, перевязанные подарочной ленточкой. И он искренне пожелал найти и убить монстра. Но в этот раз злодейка-судьба забастовала: Книсс шел по следу зверя, но всякий раз находил только скелеты, обращавшиеся на его глазах в пыль.
Когда это безобразие растянулось на несколько дней, охотник всерьез призадумался. Обычно его желания, тем более такие простые, сбывались значительно быстрее. А тут он почти без отдыха слонялся по городу, а встретить намеченную жертву никак не мог. И когда он понял, что этот фокус не сработает, он поступил иначе.
Для начала он попытался отыскать надежное убежище, где он мог бы провести некоторое время, надеясь, что ему никто не помешает. Конечно, никто не мог дать ему гарантию, но все же он выбрал укромное местечко под Большим Мостом, у самой воды. Книсс уселся, прислонившись спиной к опоре, и закрыл глаза. И стал ветром.
Когда-то очень давно он не раз пытался объяснить, как он это делает. Но никто его так и не понял, и в конце концов, он прекратил эти бесплодные попытки. Он научился довольствоваться тем, что умеет это. Какая разница, как, ведь уже очень давно он был одинок.
Ветер по имени Книсс весело носился над Городом. Он отражался в прозрачно-синих водах Тэйса, швырялся листьями в прохожих и раздувал их накидки. Он пронесся над Северным Берегом Верхнего Города, внимательно оглядывая сверху тонкие паутинки улиц, вернулся в Нижний Город, где немного поплутал в узких запутанных переулках, а потом всласть разогнался по набережной. Город начинал ему нравиться. Построен с любовью. Все эти тонкие шпили, резные наличники, изящные контуры крыш, мерцающие вывески, сады, не теряющие очарования даже зимой, – люди украшали дома в соответствии со своими наивными представлениями о вселенской гармонии. Но, опускаясь пониже, он начинал различать выражения лиц людей, которым «посчастливилось» оказаться именно в этом месте в это трудное время, и это зрелище заставляло его торопиться. И уж совсем не понравились ему сцены погромов, кои можно было наблюдать почти повсеместно. Люди, словно муравьи, копошились на улицах, кричали, швыряли камни в окна… Мало им крови!
Но чудовища нигде не было видно, да оно и понятно: это ночной хищник. Книсс пожелал, чтобы была ночь, и не успел опомниться, как стало темно. Время сжалось и пролетело одним мгновением. Когда ты ветер, это так просто!
Теперь Город сиял волшебным светом. На свечение заколдовывали все, что под руку подворачивалось, и получившееся зрелище впечатляло, как с высоты ветра, так и просто с улиц. Сверкали столбы, матовые шары на длинных резных стойках, вывески, двери, оконные рамы и фрагменты изгородей. В одном из садов неярко мерцали стволы деревьев, а кое-где фонари рассыпали по тротуару искры. Окутанный этой цветной аурой, ветер носился над городом.
Было пусто: с наступлением темноты люди попрятались в жилища, надеясь, что они станут им надежным убежищем. Но вдруг внимание Книсса привлекло движение внизу, на одной из улиц. Он резко снизился и увидел ползущий по мостовой сгусток странного тумана.
Ветер приблизился, пытаясь разглядеть тварь. Но так ничего и не сумел понять, кроме одной вещи: ему стало ясно, почему его желание не привело к нему чудовище. Тварь была из той породы существ, которые имеют совершенно особенные отношения с Судьбой, подобно самому Книссу. И монстр столь же искренне и горячо желал не быть найденным. И было похоже, что его мнение значило больше для той непостижимой субстанции, которая управляет случайностями.
Книсс вскочил на ноги. Непроглядная тьма окутывала его убежище под мостом, но света, отражающегося в реке, было достаточно, чтобы он смог найти дорогу наверх. Перепрыгнув перила набережной, Книсс припустил бежать со всех ног. Если бы кто-то сейчас увидел его, он бы глазам своим не поверил и наверняка решил, что ему померещилось, потому что вряд ли сумел бы что-то разглядеть. Но видеть его было некому. Охотник мчался по совершенно пустым улицам, жаждая только одного: не опоздать.
И это сбылось. Вылетев на улицу Синих Цветов, он обнаружил искомое чудище в другом ее конце. Это существо уже вползло на порог дома всем своим невероятным телом, пытаясь выдавить своей массой дверь. Книсс услышал, как жалобно заскрипели доски. Но тут чудовище заметило стремительно приближающегося к нему человека и озадаченно замерло.
