Арбалеты чуть опустились и смотрели теперь в район его колен. Испугавшись, что они сейчас начнут стрелять, Киата поспешно присел и обхватил руками шею хищника.
– Ты все-таки встречался с адьяхо! – Зельна смотрела на него так, словно он только что совершил какое-нибудь ужасное преступление против человечества.
– Скажи им, чтобы убрали оружие, – сердито велел Киата.
Впрочем, в этом уже не было необходимости. Слуги и так опустили арбалеты и теперь таращились на него с благоговейным ужасом, как на величайшего в мире заклинателя разумных хищников. Мигом разобравшись в ситуации, адьяхо осторожно высвободился из захвата охотника. Это был крупный, матерый зверь. Его умные глаза строго смотрели прямо в глаза Киаты. Тот по достоинству оценил мужество адьяхо: непросто решиться пробраться в город, где каждый встречный жаждет твоей смерти. Видимо, парень не знал, как разыскать в доме их друга-человека, и решил просто позвать. Бесхитростное и крайне рискованное решение.
Тем временем адьяхо ухватил Киату за рукав и потянул, умоляюще заглядывая в глаза.
– Хочешь, чтобы я с тобой пошел? – удивился охотник. Едва он поднялся на ноги, зверь слегка цапнул его за штанину. Отбежал на несколько шагов, обернулся, чуть поскуливая от нетерпения.
– Ладно, иду, – поспешно согласился Киата.
Он обернулся к Зельне, растерянно развел руками и, не сказав ни слова, поспешил через сад за своим хвостатым проводником. Он боялся, что леди сейчас помчится за ним, начнет задавать вопросы, но этого так и не случилось. Они беспрепятственно миновали садовую калитку и побежали по темной улице.
Адьяхо стелился по земле, как тень. Он привел Киату к городской стене, довольно далеко от ворот. Здесь, сразу за стихийной свалкой какого-то хлама, среди чахлых кустов скрывался подземный ход. Точнее, это была узкая лазейка, прорытая под стеной, очевидно, крепкими когтями самих адьяхо. Вырыта она была давно, и судя по тому, что трава начала затягивать проход, им давно не пользовались. Хищник в последний раз обернулся на своего спутника, тихонько фыркнул и нырнул под стену.
Охотник в нерешительности мялся у прохода. Киата довольно широк в плечах, да и, в любом случае, нора слишком узка для человека. Лучшим вариантом было бы добраться до ворот и спокойно выйти, как все люди, но вот как объяснить это зверю, дожидающемуся с той стороны? Мысленно послав подальше все и всех, Киата лег на живот и пополз в дыру.
Это путешествие было похлеще прошлой ночи. В полной темноте подземелья приходилось ползти наощупь. В живот и плечи врезались не то острые камни, не то торчащие корни. Примерно в середине он понял, что застрял, и успел во всех красках представить, что с ним теперь будет. Пока воображение рисовало ужасные картины грядущей гибели, тело отчаянно извивалось в попытках высвободиться. Каким-то образом он ухитрился вывернуться. В невероятных условиях иногда просыпаются невероятные возможности. Он извивался ужом, подтягивался чуть ли не зубами, буром вгрызался в неподатливую почву, раздвигая ее плечами. И все же вытянул свое тело с той стороны стены.
Киата поднялся на четвереньки, отчаянно отплевываясь, порядком ободранный и измазанный, с набившимся в рот песком и мусором, и хмуро оглядел собравшихся. Кроме его проводника, здесь дожидались еще двое адьяхо. Один из них, юный мосластый звереныш, едва убедившись, что человек полностью выбрался наружу, сорвался с места и исчез в степи. Второй, степенный седой старец, грозно сверкал очами, дожидаясь, пока Киата поднимется на ноги. Как только это сбылось, он вскочил, ткнулся холодным носом в руку охотника и поспешил вслед за молодым, глухо ворча что-то нечленораздельное. Третий адьяхо, затащивший охотника в эту нору, пристроился позади него, пихнул лапой в голень и даже слегка зарычал, принуждая поторопиться. Киата подчинился. Создавалось впечатление, что мохнатый конвой немедленно сожрет его с потрохами, если он откажется идти с ними. Впрочем, Киате и самому уже было любопытно, что такого могло случиться у этих гордых созданий, что они обратились за помощью к человеку. В конце концов торопливые зверюги вынудили его перейти на бег.
Бежать пришлось недалеко. Едва темные крепостные стены Шоллга слились с черным небом, напоминая о своем присутствии лишь яркими точками факелов на сторожевых башнях, он увидел большую группу адьяхо. Они столпились вокруг чего-то, что отсюда казалось трупом одного из них. Впрочем, при ближайшем рассмотрении выяснилось, что «труп» дышит. Больше никаких признаков жизни он не подавал. Киата сразу понял, что ребята поступили мудро, обратившись к нему: жертва демона вряд ли оклемается сама. Грозная стая сейчас представляла собой довольно жалкое зрелище, и это было неудивительно, поскольку охотник даже без специальных приготовлений ощущал отчетливый след Великого Духа.
– Пернатый друг нашей леди опять выпускал своего карманного монстра порезвиться, – проворчал Киата. – Разойдитесь, ребята, я им займусь.
Он опустился на колени рядом с неподвижным телом.
