Но мир оказался недолгим. Это была всего лишь передышка. На пятый месяц нового года над Эсткарпом нависла угроза новой войны, зачинщиком которой был некто Пагар. После того как во время войны с кольдерами был убит герцог Ивиан, в Карстене шла непрерывная борьба за власть. На это распадающееся герцогство имелись права и у леди Лоисы. Будучи законной женой герцога, несмотря на то что ее обручили с ним насильно, она, однако, с самого начала не претендовала ни в какой мере на правление Карстеном. Со смертью герцога она могла бы стать полновластной хозяйкой там. Но ничем не манила ее к себе эта страна, где ей пришлось перенести столько страданий. Полюбив Кориса, она с легким сердцем отреклась от всяких прав на Карстен. Леди Лоиса была полностью согласна с Владычицами Эсткарпа в том, что не нужно затевать с соседями войну за власть, – забот хватало и без того. К тому же и Корис, и Саймон, способствовавшие, насколько это было в их силах, поддержанию пошатнувшегося могущества Древней расы, знали, чем может обернуться нападение на воинственного соседа. Им более разумным казалось оставить в покое врага, погрязшего в междоусобицах и неспособного развязать до поры до времени войну.
Но вскоре произошло то, чего и следовало ожидать. Владелец земель на юге герцогства, Пагар из Гины, собрал приверженцев и объявил себя сначала правителем двух южных провинций, а затем привлек на свою сторону местную знать из Карса – в основном разорившихся торговцев, готовых выдвинуть в вожди всякого, кто посулит надежду на восстановление мира в стране. К тому времени, когда нам исполнился год, Пагар уже был достаточно силен, чтобы отважиться на борьбу со своими соперниками. Четыре месяца спустя он был провозглашен герцогом.
Он пришел править страной, разоренной худшей из войн – внутренней междоусобицей. Его единомышленники представляли собой банду – разношерстную и трудно управляемую. Большинство из них были наемными воинами, которых собрала под знамена герцога возможность существовать безбедно за счет грабежей. Надо было найти способ сплотить этих людей, пока они не разбежались.
Пагар поступил так, как и предполагали мой отец и Корис: он решил напасть на кого-нибудь из соседей, и в первую очередь обратил свой взор на север. Эсткарп с давних пор не давал покоя карстенцам. Ивиан, послушный внушениям кольдеров, устроил травлю и резню людей Древней расы, основавшихся в Карстене в столь давние времена, что даже из их памяти стерлось, когда именно они начали обживать эти земли. Не имея возможности дать отпор, они бежали за горы к сородичам, оставив за собой право на возмездие. Потому-то карстенцы боялись, что рано или поздно Эсткарп нападет на Карстен, чтобы отомстить за убитых. Пагару требовалось только сыграть на этом страхе, чтобы сплотить наемников и объединить карстенскую знать под своим началом.
Однако, прежде чем затеять войну, Пагар собирался прощупать силы Эсткарпа, который был грозен не только суровыми воинами из людей Древней расы, но и тем, что его колдуньи имели доступ к Силе и могли распоряжаться ею по своему усмотрению, защищая страну. Кроме того, существовал прочный союз между людьми Древней расы и сулькарцами – этим племенем морских бродяг, которые своими набегами некогда принудили Ализон к прекращению военных действий. Они могли в любой момент направить свои корабли на юг и начать набеги на побережье Карстена, а это сразу настроило бы против Пагара карстенских торговцев.
Учитывая все это, Пагар готовился к войне тщательно и осторожно. Рейды карстенцев вдоль границы Эсткарпа начались в то же лето, правда они не представляли большой опасности. Однако частые атаки, даже и легко отбиваемые, могли истощить силы обороны: несколько человек потеряно здесь, несколько там, ряды защитников неумолимо редели.
Эсткарп ответил на атаки тем, что бросил на юг корабли сулькарцев, предоставив им полную свободу действий вдоль побережья Карстена. Это заставило Пагара задуматься. Капитан сулькарцев Хостоврул собрал флот из двадцати кораблей, привел их, несмотря на жестокий шторм, к устью Карса и, сломив оборону, прошел по реке до самого города, где устроил побоище, после которого герцог Карстена затих на целый год. Тем временем возник мятеж на юге страны, родине Пагара. Мятеж возглавил его единоутробный брат, что тоже прибавило хлопот герцогу.
В какой-то из дней той неспокойной поры нас троих увезли из родного форта – но не в Эс, ибо отец и мать держались подальше от города, где находился Совет Владычиц. Леди Лоиса обзавелась небольшим поместьем в Эстфорде и пригласила нас туда пожить среди ее домочадцев. Нашим ангелом-хранителем по-прежнему оставалась Анхорта, у которой с хозяйкой Эстфорда сразу же сложились дружеские отношения.
