Таковы предшествующие события. Они стоят несколько особняком по отношению к истории Великой Войны, но по праву связаны с ней, так как помогли приблизить решающую победу.
События, о которых пойдет речь далее, начались в Зеленой Долине – в этом светлом благодатном краю. Ее обитатели издавна пользовались знаками, которые охраняли Долину от злых сил, и каждый, кто попадал сюда, обретал покой и радость. Я встречал эти знаки в рукописях Лормта и верил в их чудодейственную силу.
Но как ни приятна была жизнь в Долине, нам не пришлось долго наслаждаться покоем – весь Эскор вокруг пришел в движение. В давние времена эту страну потрясали войны, не менее опустошительные, чем та, что ныне истощала нашу родину на западе. Здесь, в Эскоре, люди, стремившиеся овладеть знанием, преступили границу благоразумия. Иные рвались к власти ради самой власти, и, как всегда бывает при этом, над землей нависла Тень чернее ночи. Страну раздирали на куски, и часть Древней расы ушла за горную цепь, воздвигнув за собой непреодолимый барьер, отрекаясь от прошлого.
Оставшиеся продолжали ужасную беспощадную войну, сметая все на своем пути. Некоторые – например, зеленые, не отступившие от законов, – перебрались в необитаемые земли. К ним присоединились и другие люди, не потерявшие здравого смысла: часть из тех, на ком проводили опыты невежды, рвавшиеся к тайному знанию, еще не успели стать орудием зла.
Но таких было мало, и никто не мог противостоять Великим, опьяненным властью над непостижимыми силами. Приходилось выжидать, пока буря промчится и стихнет. А Темные уничтожали друг друга в сокрушительных схватках. Большинство из них ушло, открыв Ворота в другое время и миры, вроде тех, через которые появился в Эсткарпе мой отец. Но, уходя, они оставляли за собой средоточия древнего зла и к тому же отпущенных или забытых слуг – быть может, готовых при случае, если их призовут, снова служить злу.
Когда мы попали в Эскор, Каттея в безвыходной ситуации прибегла к своим колдовским познаниям. При этом она нарушила неустойчивое равновесие, которое так долго здесь царило. Темные силы проснулись и пришли в движение, в стране вновь стало неспокойно, и зеленые поняли, что вот-вот разразится новая война, но на этот раз необходимо сражаться, чтобы не быть стертыми в порошок между жерновами Тьмы.
Все представители Светлых сил собрались, чтобы обсудить план отпора грозящему злу. Совет этот созвал Этутур, и присутствующие являли собой весьма пестрое сборище странных существ – не то людей, не то животных.
Этутур выступал от имени зеленых. Справа от него я увидел одного из рентанов, которые могли перевозить на спине всадников и разговаривали человеческим голосом. Это был Шапурн, предводитель опытных воинов. Возле него на большом камне сидела покрытая радужной чешуей ящерица. Когтистыми пальцами она держала шнурок, унизанный серебряными шариками, и перебирала их, словно каждый служил напоминанием о каком-то вопросе, который необходимо было затронуть при обсуждении.
Рядом сидел человек в шлеме, а справа и слева от него – мужчина и женщина в торжественном церемониальном облачении. Это были Хорван, Крисвита и командующий их войском Годгар. Возле них расположились Дагона, Килан и Каттея. А по соседству, на другом камне – фланнан Фарфар, с покрытым перьями человеческим телом, крыльями птицы и когтистыми лапами вместо ног. Его присутствие на совете было скорее вопросом престижа: я знал, что фланнаны слишком рассредоточены, чтобы составить настоящее войско, но они отличные гонцы.
Напротив разместились вновь прибывшие. Среди них выделялось существо с телом птицы и головой зубастой ящерицы, красноватая чешуя на его узкой голове резко контрастировала с сизым оперением тела. Существо то и дело беспокойно хлопало крыльями и вертело головой, оценивающе разглядывая окружающих. Это был предводитель врангов, обитателей горных вершин. Дагона церемонно раскланялась с ним: «Привет тебе, крылатый Ворлонг».
А четверо его соседей имели человеческий облик. Как нам сказали до их прибытия, это были потомки Древней расы, которые бежали когда-то в горы. Главным среди них был высокий смуглолицый человек, чьи черты свидетельствовали о чистокровном происхождении. Он был молод на вид, но о возрасте представителей этого народа судить всегда трудно: признаки старения проявляются у них только за несколько недель до смерти – если они доживают до старости, что в последнее время случается редко. У него была привлекательная внешность и хорошие манеры.
А я вдруг почувствовал, что ненавижу его.
