Этих слов я вовсе не поняла. Кошка оглянулась на него: глаза-щелки, губы растянуты, показывая острые клычки.
«Земляные черви! – сплюнула она. – С каких пор ползучие твари смеют показываться на свет?»
«С тех пор, как впервые зашевелились… по сю сторону Барьера… С тех пор, как было наложено Заклинание Часа? Давно они не баламутили нашу землю. И не смели выходить за Пределы Колеблющихся Теней. Ясно, что не она их притянула, – они уже прорыли ход туда, где им не место. Как знать, что за мысли в их чумазых, скользких от грязи башках? И кто отдает им приказы? Сами они бы не посмели соваться на Свет – кто-то их подстегнул».
Как видно, кот сумел озадачить свою спутницу, хотя для меня его вопросы ничего не значили. Кошка снова встала на все четыре лапы и смотрела теперь на него, а не на меня. Я же спешно пыталась разобраться в том, что успела узнать.
– Тасы? – Я запечатлела это слово в памяти. Должно быть, это с ними я сражалась в темноте. Да, грозные создания, я не забыла тянувшихся ко мне когтистых лап. И все же, с удивлением сообразила я, это оружие не помогло им со мной справиться. Едва ли их отогнали шлепки моего пояса. – грифон… – Я скорее думала вслух, нежели обращалась к кошкам. – Они испугались света грифона. А потом их кто-то свистнул, отозвал…
«Так. И кто же это свистнул? Вначале их отогнал ключ, – может быть, он отразил и то проклятие, что спустило их на тебя, – согласился кот. – Не забывай о ключе. Пусть ты прибегла к нему без понимания, в страхе и нужде, но все же справилась. Он и перенес тебя сюда». – Он глянул на подругу и, кажется, неслышно для меня обменялся с ней мыслями.
Кошка гортанно заурчала. Предостерегающе, но это предостережение относилось не ко мне. Она отошла к дверям, где сидел большой кот, устроилась в стороне, показывая, что происходящее ей не по вкусу и принимать в нем участие она отказывается. Кот снова обратился ко мне:
«В тебе нет старой крови, и ты не из тех, кто ищет „сокровища“ – куски и обломки того, что лучше было бы забыть. Тех мы видели – немного же им удается здесь нарыть. Настоящие предметы Силы всегда надежно скрыты. Зачем ты пришла в эти земли? Зачем принесла сюда то, что способно растревожить и Свет, и Тьму?»
– Я искала мужа.
Пришлось рассказать им и другую часть истории, заодно упомянув и Джервона с Элис. Элис… Джервон… Мысли мои обратились к ним. Они тоже попали в ловушку тасов? В непроглядной темноте я их не нашла, но это не значит, что они на свободе. Все же я надеялась, что их не застали врасплох, как меня.
Рассказала я и про Керована; когда упомянула о наследии Древних в его крови, кот на шаг-другой подступил ближе, как если бы не желал упустить ни слова. А когда я назвала имя Нивора – встрепенулись оба. И переглянулись, снова обмениваясь беззвучными сообщениями.
Потом я услышала мысленный голос кошки:
«Беда, настоящая беда. Если этот человек заинтересовался, значит старинное перемирие нарушено. Плохой день настанет для каждого из нас, если спящие проснутся, подрывающие землю тасы по сравнению с этим – пустяк».
– Нивор не из Темных! – впервые возмутилась я. В этом я была твердо уверена.
«Истинная правда. Просто прошли мирные годы, когда Свет не схватывался с Тьмой, вовлекая в битву всех нас. Давным-давно те и другие разошлись по своим твердыням и не тревожили нас, не присягавших на верность ни тем ни другим, – лишь бы мы сами их не тревожили. А теперь тасы зашевелились, расставляют ловушки. Эти подземные черви исполняют приказы – чьи? Ты говоришь, тот, кто – иногда – зовет себя Нивором, ходит по земле и действует. Твой муж…
Кошка щурилась на меня, прижимая уши, но не рычала. Зато ее приказ прозвучал резко, не позволяя ослушаться.
«Покажи мне ключ – покажи вблизи!»
Таким непререкаемым было ее требование, что я не задумываясь сняла через голову цепочку и протянула к ней ладонь с шаром. В утратившем дымку сияния хрустале явственно виднелся грифон. На один-два вдоха мне почудилось, что крошечная фигурка обрела подобие жизни и ведет беседу с подступившими вплотную, уткнувшимися носами в шар кошками.
«Та-ак, – протяжно прозвучало у меня в мозгу. – Вот он кто!»
Это говорил кот. Кошка же стояла, вытянув шею, словно принюхиваясь, будто бы шар издавал запах и важнее всего на свете было его уловить.
«Не может быть! – Она резко отдернула голову. – Те времена давно прошли – и даже путь забыт. Даже Нивор не войдет в тот зал, чтобы приветствовать спящего. Спящего? Вот уж нет – слишком много пришло и минуло лет, жизнь давно покинула его».
«Правда… – Кот не отозвался на слова подруги, а обратился ко мне: – Ты не ведаешь, чем владеешь. В этом ключе скрыто такое, чего мы не в силах распознать, – это совсем особенный ключ. Не диво, что… – (опять то незнакомое слово), – перенес тебя сюда. Если снова пробудится эта Сила, запляшут сами холмы, и реки обратятся вспять, и земля изменит свой лик».
«Отбери у нее! – потребовала кошка. – Отбери и выбрось в какую-нибудь дыру, а еще лучше – спрячь под камень. Гони ее! Не квелым последышам играть такими вещами, да и никому другому не след!»
