Айль и Колдер. Теперь уже никаких сил не хватит удержать Кориса от нападения на Айль, разве только заковать в цепи. Да, они должны взять Айль. Но разве уже много месяцев подряд они не пытались разгрызть этот орешек? Они победили при битве в Горме только потому, что по воле случая Саймон оказался пленником и смог таким образом выведать многие бреши в броне колдеров. Но ведь тогда колдеры относились к противнику с большим пренебрежением, тем самым подставляя себя под удар. А поражение под Сиппаром наверняка послужило им хорошим уроком. Взять хотя бы то, что теперь Айль окружен невидимым барьером — на море и на суше — и этот барьер не в состоянии преодолеть ни одна сила — даже сила колдовства. В течение уже многих месяцев Айль остается совершенно недоступным, огражденным от внешнего мира. Если оттуда появляются солдаты и если они туда возвращаются, то только морем притом не по его поверхности, а под водой. Корабли колдеров — это мощные субмарины, похожие на те, которые они захватили в Горме.
На Саймона вновь нахлынули сомнения, как и многие месяцы назад, когда он стоял перед Советом Охранительниц и говорил, что нужно оставить все, захваченное у врагов в Горме, так, как есть, ни к чему не прикасаясь, чтобы не рисковать — ведь во всем может таиться опасность, о которой они и представления не имеют. Был ли он тогда прав? Теперь он сомневался в этом, но все же внутренний голос говорил ему, что он не заблуждался тогда, и что воспользоваться оружием колдеров — это значит так или иначе оказаться во власти врагов.
Саймону было известно, что колдуньи неторопливо и внимательно изучали находки, сделанные в Горме. Но он знал и то, что их сила была барьером, который колдеры не могли преодолеть.
Сейчас им необходимо найти способ, как ворваться в Айль. Саймон и раньше думал об этом, но никогда, даже с Джелит, не делился этими мыслями. Возможно, что только он, Саймон, в состоянии пробить брешь в броне колдеров, как это однажды уже случилось. И не с помощью субмарин, ибо таких знаний у него не было. До сих пор не узнали, какая сила движет эти суда. Быть может, мысленная энергия командира-колдера, который умер вслед за своими воинами, не сняв с головы металлической шапки. Нет, Саймон способен преодолеть барьер, нападая не морем, а только по воздуху. Ибо те флайеры — летательные аппараты, которые рядами стояли на крыше, покрывающей ныне покинутый Сиппар — вполне могут пригодиться при штурме Айля. Но посвятить в это Кориса сейчас было бы величайшей глупостью.
— Заперто прочно... — Красное лезвие топора Вольта сверкнуло в воздухе и вонзилось в мох с такой силой, словно Корис метнул топор во врага. Они стояли на холме, оглядывая подступы к Айлю.
Горм был освобожден от людей того мира и времени. Но здесь, в Айле, колдеры оставались у себя дома. Можно ожидать, подумал Саймон, что они прибегнут к помощи металла и станут сооружать причудливые башни и здания. Но они воспользовались камнем, из которого строились здания в Эсткарпе, только таким древним, будто рожденным из плоти и крови той земли, на которой стояли сооружения из него.
Айль, несмотря на древний строительный материал, выглядел новым и странно чужеродным на этой каменистой почве. Саймон ясно ощущал это, хотя и не мог объяснить словами своего отношения к этому. Ему казалось, что даже если бы он не знал, что Айль твердыня колдеррв, то все равно понял бы, что этот город не имеет ничего общего ни с Эсткарпом, ни с одной из соседних с ним земель.
— Там раньше был вход,— Корис указал топором на казавшуюся совершенно гладкой стену.— Теперь даже эта дверь исчезла. И никто туда не сможет подобраться ближе, чем ручей, что виднеется в долине.
Барьер, подобный тому, который ограждал в свое время Горм, держал их на почтительном расстоянии от Айля, не позволяя провести разведку. Саймон беспокойно шевельнулся. Одна и та же мысль не давала ему покоя, сверлила мозг с того самого дня, как они покинули Карс. Ему приходилось все время бороться с собой.
— Должно быть, они покидают город и возвращаются в него под поверхностью моря, как это было в Горме,— сказал он.
— Значит, нам остается только отступить и признать свое поражение. Колдер победил? Но я никогда не соглашусь с этим, пока легкие мои полны воздуха, а в руке достаточно силы, чтобы удержать вот это! — Топор снова вонзился в мох.— Есть же какой-то путь туда, он должен быть!
Что заставило Саймона произнести эти проклятые слова, которые он поклялся никогда не произносить? И все же они сами сорвались с его уст:
— Может быть, туда и есть один путь...
Корис резко повернулся, его тело странно напряглось, словно он стоял перед противником на дуэли.
— По морю? Но как мы сумеем...
Саймон медленно покачал головой.
— Вспомни, как пала твердыня салкаров,— начал было он,— но Корис живо перебил его.
