Мог ли он винить Кориса за то, что тот думал лишь о единственной вещи, и эта навязчивая мысль грозила погубить их общее дело? Объективно говоря, да. Полгода назад Саймон ни за что не понял бы той муки, той пытки, которая терзала Кориса. Но с тех пор он, Саймон, и сам попал во власть того же дьявола. И хотя он не мотался как Корис, муки его от этого были не менее горькими. К тому же в их положении все же была некоторая разница — Корис лишился самого дорогого на свете из-за вражеского вероломства, а Джелит ушла от Саймона по доброй воле, ушла и не вернулась. Быть может, когда она ощутила, что прежняя сила осталась с ней, она поняла, как дорого было ей все то, чем она пожертвовала ради их любви, и теперь она просто не в силах расстаться с этим?
Саймон сделал над собой усилие, чтобы отогнать мысли о Джелит и вернуться к тем событиям, которые были так важны для дела Эсткарпа — к смерти Ивьяна, захвату цитадели Карса и исчезновению Лойз — тайне, которую не смог открыть им ни один из захваченных ими пленных.
Эсткарп и Карс — вот две важные проблемы в настоящее время, но Корис не способен трезво мыслить в своем ужасном состоянии. Саймон шагнул от окна к нетерпеливо снующему по комнате Корису и крепко схватил его за руку.
— Ее здесь нет, значит, нам следует искать ее в другом месте. Но мы ни в коем случае не должны терять голову...
Саймон говорил резким тоном намеренно, рассчитывая, что это приведет Кориса в чувство, как пощечина действует на человека, впавшего в истерику. Корис сощурился, сбросил руку Саймона торопливым движением плеча, но остановился и стал слушать.
— Если она убежала... — начал он.
— Тогда кто-то наверняка знал бы об этом,— сказал Саймон.— Давай лучше подумаем, кто мог ее спрятать. Мы знаем, что люди Ивьяна заняты междоусобной резней, которую спровоцировали, чтобы скрыть какое-то событие. Им могла быть либо смерть Ивьяна, либо еще что-то.
— Скорее всего, еще что-то,— услышали они позади мелодичный голос обернувшись, увидели колдунью, прибывшую с пограничниками.— Неужели вы не понимаете, милорды, что со смертью герцога Ивьяна его супруга герцогиня становится полновластной госпожой Карса и Карстена, особенно если учесть, что Лойз принадлежит с старинной аристократии и ее притязаний никто оспаривать не будет. Они воспользуются ею, чтобы превратить в свою послушную пешку, прикрыв свои действия и силу. Все это было сделано с особой целью. Но вот что за цель? И чья эта цель? Кого недостает среди убитых и пленных? Лучше бы выяснить, не кто убит и почему, а кто исчез и по какой причине.
Саймон кивнул. Все складывалось последовательно. Заговорщики планировали привезти Лойз в Карс, подтвердить, что она жена герцога Ивьяна, то есть герцогиня. Причем, Ивьян, вероятно, знал только часть плана и был полностью уверен, что действует по собственной воле. Дальше все разрабатывалось без него. Потом надо было избавиться от герцога, воспользоваться Лойз, как марионеткой, чтобы прикрыть установление в Карсе другой власти. Но у кого из властителей мог оказаться столь изощренный ум, столь совершенная организация, чтобы осуществить такой план? Как было известно разведке пограничников, а это были очень толковые организации, Саймон знал это наверняка, никто из глав пяти — шести самых могущественных фамилий не обладал ни мужеством, ни энергией, ни необходимыми людьми для осуществления подобного плана. Да и сам Ивьян никогда бы не доверился никому из представителей старинной знати, чтобы так или иначе допустить их в эту крепость, где они должны были действовать совершенно свободно. Саймон так и сказал колдунье.
— Фальк был не просто Фальком,— ответила она.— И здесь тоже могут найтись такие, которые окажутся не теми, кем выглядят на самом деле.
— Колдер! — ударил Корис кулаком по ладони другой руки.— Повсюду Колдер!
— Да,— устало сказал Саймон.— Ведь мы не могли надеяться, что они откажутся от борьбы, потерпев поражение под Сиппаром, не так ли? Разве мы не знали давным-давно то, что главная слабость колдеров не в отсутствии достаточно мощной армии? Вполне вероятно, что после сражения при Горме, когда мы сильно потрепали их, они поняли, что больше не могут полагаться на силу своего оружия и поэтому решили компенсировать количество возможным качеством — стали подбирать себе в помощники пусть подневольных людей, но занимающих ключевые посты...
— И среди них есть женщина! — перебил его Корис.— Мы ведь здесь до сих пор не видели ту, которую непременно должны были встретить,— Алдис!
Колдунья нахмурилась.
— Алдис ведь откликнулась на наше послание в Битве Духов перед атакой на Горм. Возможно, после этого в Карсе ей не было места!
— Есть лишь один способ выяснить это!
Саймон торопливо подошел к столу, за которым сидел Ингвальд, записывая последние данные на портативной фономашине, оставленной сокольничьими — усовершенствованный вариант аппарата, которым сокольничьи снабжали своих разведчиков-птиц.
— Что говорят здесь о леди Алдис? — поинтересовалась колдунья.
