— Ну, когда я на него обиделась, я надулась и отошла подальше. А он побежал за мной и извинялся. Но я сделала вид, что очень обижена и извинений не приняла. И он обиделся на мою гордость. Вот.
— Так это же ерунда все! — воскликнул Денарис.
— Я знаю. Так ты нас помиришь?
— А ты хочешь этого?
— Конечно. Твой брат, он веселый и добрый, с ним хорошо, я не хочу с ним ссориться. Наоборот, я хочу с ним подружиться.
— Правда? Ты хочешь подружиться со Славелем?
— Конечно. Ты мне не веришь, что ли?
Ученик мага ничего не ответил, а Лика неожиданно проснулась. Девочка с удивлением обнаружила, что, пока она спала, Славель залез к ней в шалаш и теперь спал, положив свою большую голову девочке на колени. Лика как-то почти несознательно начала гладить Славеля по голове и удивилась, какая у него мягкая и приятная шерсть.
Славель заворчал во сне и дернул головой, словно пытался сбросить руку девочки. Но Лика не убрала руку, и через некоторое время она поняла, что пудель не пытается сбросить ее руку — наоборот, он пытается подставить ей голову, как ласкающаяся кошка.
Лика сидела, гладила пуделя по голове, смотрела на бегущую мимо реку Динронь и ни о чем не думала. Ей немного хотелось спать, но она догадывалась, что встретится со своими родными сразу, как только задремлет — а ей впервые в жизни не хотелось их видеть.
Может, прошло много времени, а может — и не очень. Наконец, проснулся Славель. Он очень смутился, когда понял, что спал, положив голову на колени Лике, и что девочка в это время гладила его по голове. Лика была уверена — будь он человеком, покраснел бы как рак. И почему-то ей это нравилось, хотя она тоже смутилась и покраснела.
Не глядя друг на друга они вышли из шалаша.
— Славель… — нерешительно позвала Лика.
— Что?
— Славель… А ты где сейчас живешь? — спросила девочка.
Пудель вздохнул.
— Нигде.
— Как это?
— Лика, понимаешь, у меня нет дома… Совсем. Я в этих краях недавно…
— А что ты здесь делаешь?
— Путешествую…
— Путешествуешь? Зачем?
— Да просто так…
Лика почувствовала, что он опять не договаривает что-то и ей стало грустно. Но она не подала виду, ей не хотелось снова с ним ссориться. Вместо этого она побежала к реке. Славель побежал за ней и они долго еще плескались в прохладной воде, играли в догонялки и смеялись.
А потом неожиданно село солнце и стало прохладно. Лике пора было домой, в приют. Славель смотрел грустно, но твердо и девочка долго не могла понять, почему. И лишь только когда она уже уходила, то поняла: он очень не хочет ночевать в лесу, хочет ночевать в ее шалаше, но больше просить не будет. Он достаточно горд для того, чтобы понять с первого раза и не напрашиваться на второй отказ. И тогда девочка сказала на прощание:
— Тебе не нужно ночевать в лесу. Оставайся. Переночуешь у меня в шалаше, а завтра мы его увеличим — и тебе будет в нем удобнее. Хочешь, я принесу тебе какой-нибудь еды?
И тут она не выдержала и засмеялась. Пудель, старающийся всячески сдерживать свою радость — чтобы Лика не заметила! — имел очень забавный вид. Девочка видела, что ему ужасно хочется прыгать от радости и носиться кругами и по-щенячьи повизгивать от восторга, но он сдерживается. Лератилика обняла его за шею на прощание и убежала в сторону приюта.
Весь вечер дети из приюта и воспитатели замечали необычайное возбуждение Лератилики. Девочке не сиделось на месте. Несмотря на то, что пришла она довольно рано — даже на ужин успела, казалось, что мыслями она где-то совсем в другом месте. Лика неожиданно вскакивала с места, размахивала руками — словно вела разговор с кем-то невидимым, бегала по двору, обхватив себя за плечи руками, отвечала невпопад — но совершенно не могла сидеть спокойно. Когда Василиса принялась укладывать детей спать, Лика, вопреки обыкновению и негласным приютским правилам, первая побежала умываться, первая легла в постель. Но она сегодня не просила рассказать сказку про принцессу Валерию. Когда девочка, нетерпеливо стуча руками по кровати, заканючила:
— Тетя Василиса! Ну тетя Василиса! Ну расскажите про заколдованного принца сказку! Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! — девочки, да и сама Василиса, так удивились этой неожиданной разговорчивости самой одинокой девочки приюта, что возражать не стали. Василиса редко рассказывала про принцев девочкам — больше про принцесс, да про сироток, но как раз сегодня и сама хотела рассказать про принцев.
«
