— Как хорошо, — пробормотала она, наконец оторвавшись от кубка.
— Да, это превосходное вино, моя принцесса, — проворковал Ахура. Он взял у нее из рук кубок и протянул ей глазированное пирожное. — Попробуй, пирожные столь же восхитительны, как и вино.
Он протягивал Синнии одно пирожное за другим, и она жадно поглощала их, не в силах остановиться.
— Я хочу еще вина, — сказала Синния и взяла у него из рук кубок.
— Пей сколько хочешь, моя дорогая принцесса, — глубоким, волнующим голосом с мягкой улыбкой проговорил Ахура.
«Ахура очень привлекательный мужчина, — подумала Синния. — У него такие красивые аквамариновые глаза и такие прекрасные серебристо-золотистые волосы». На Ахуре не было никакой одежды, если не считать простыни, обернутой вокруг бедер. Синния провела рукой по его обнаженной груди.
— Я — твоя невеста? — спросила она. — И это — наша брачная ночь?
— Да, ты — моя невеста, и это наша брачная ночь, — ответил Ахура, взял ее руку и поцеловал сначала ладонь, а потом запястье.
По телу Синнии пробежала легкая дрожь.
— У меня путаются мысли, — пожаловалась она.
— У тебя был очень трудный день, — сказал он. — И не страшно, если ты чего-нибудь не помнишь. Важно одно: я тебя люблю. Ты теперь моя, Синния. Моя, и только моя! А сейчас позволь мне оказать тебе великую честь, какую женихи оказывают своим невестам.
Ахура развязал пояс ее шелкового халата. Ее обнаженное тело предстало перед его взором. Синния заметила, с каким вожделением он на нее смотрит.
— А мы с тобой когда-нибудь занимались любовью? — спросила она.
— Нет, это наша первая с тобой ночь, но ты уже не девственница, моя принцесса. Ты была замужем, но твой первый муж умер, — проговорил он.
Ахура не знал, забыла ли она под воздействием лотоса о своем прежнем сексуальном опыте или нет. Поэтому он не стал обманывать Синнию и говорить, что она еще девственна. Если бы Синния поняла, что он говорит ей неправду, то заподозрила бы неладное и все могло рухнуть. Протянув руку, он слегка стиснул ее груди. Они напоминали налитые соком осенние яблоки. Ахура нежно ласкал их, удивляясь тому, какая мягкая у Синнии кожа. Не в силах бороться с искушением, Ахура ущипнул сосок и принялся мять его. Не увидев сопротивления со стороны Синнии, он приник губами к ее груди и принялся ласкать ее, легонько прикусывая зубами.
— Ох! Ох! — стонала Синния.
Ей очень нравилось, как Ахура ласкает ее грудь.
Не в силах больше сдерживаться, она скинула с себя халат, а затем сорвала с Ахуры простыню, и он опрокинул ее на подушки.
— Позволь мне! Позволь мне! — закричала Синния, оторвав его от своей груди и в свою очередь опрокидывая его на подушки. Встав на колени, Синния принялась ласкать губами его соски. — О, как мне это нравится! — возбужденно вскричала она. — А тебе нравится то, что я делаю?
— Да, очень, — удивленно прошептал Ахура, с трудом сдерживая страстный стон.
Ахура и предположить не мог, что Синния окажется столь темпераментной. Сердце его билось все сильнее, и с каждой секундой его плоть все больше и больше наливалась желанием. Но он не хотел спешить. К чему торопиться, если времени у них предостаточно, ведь Синния придет в себя лишь через несколько часов. Поднявшись, он приблизил свое лицо к лицу Синнии и впился в губы долгим и страстным поцелуем. Огонь его желания разгорался все сильнее. Ахура Мазда целовал Синнию и никак не мог оторваться. Их языки переплелись в страстном безумном танце. Синнии нравились его поцелуи. Его губы были теплыми и чувственными. В голове Синнии опять пронеслись смутные воспоминания, что где-то когда-то — не здесь и не с этим мужчиной — ей так нравилось предаваться любви. Слегка отстранившись от Ахуры, Синния очень удивила его, когда раздвинула ему ноги. Потом она начала покрывать его тело бесчисленными поцелуями. Она доставляла ему удовольствие и языком и губами. Ей нравился вкус его плоти. Он пьянил и невероятно возбуждал Синнию. Когда она взглянула на его мужской орган, то поразилась его размерам. Он был просто огромным. Синния поменяла положение своего тела, принялась его ласкать своими грудями.
Он смотрел на нее с восхищением и удивлением. Синния была просто создана для любви. Он наблюдал, как она играет с его плотью, и с трудом сдерживал растущее возбуждение. Но потом это возбуждение стало просто невыносимым. Ахуре срочно требовалась разрядка.
— Моя дорогая, тебе удалось возбудить меня. Я весь горю от вожделения и хочу разделить его с тобой.
— Что я должна для тебя сделать? — спросила Синния.
— Ляг на спину, — попросил Ахура и, когда она сделала это, припал лицом к ее лону. — Теперь ляг так, чтобы моя плоть опять оказалась между твоих грудей, а я тем временем буду доставлять тебе неземное наслаждение, — сказал Ахура.
Он приник губами к ее влажному припухшему лону и принялся ласкать его языком. А Синния ласкала его плоть с помощью своих пухлых аппетитных грудок. Почувствовав, как она поцеловала его набухший мужской орган, Ахура понял, что уже больше не может сдерживаться.
