– Легенду? – Егор повернулся на бок, взглянул ей в глаза. – Хорошо, слушай! – Он сел и, обняв Наташу за талию, прижал к себе. – И думай, чем вознаградишь меня за рассказ. – Он поцеловал ее в щеку. – Слушай! Давным-давно в этих местах обитало гордое и смелое племя, которым правил отважный вождь по имени Дахор. Во время одного из набегов на соседние селения его воины захватили много пленников, и среди них дочь вождя – врага Дахора, красавицу необыкновенную. Увидел ее Дахор и полюбил больше жизни. Но старейшины его рода воспротивились их браку. И когда Дахор отправился в очередной поход, старики сбросили Анаит, так звали возлюбленную молодого вождя, в водопад. Красавица погибла, но ее душа переселилась в красивую птичку, пение которой было похоже на звонкий голосок Анаит. Удача тогда отвернулась от Дахора. Его войско было разбито, а самого вождя враги взяли в плен и ослепили. Потом связали ему руки и подвели к подвесному мосту. Иди, дескать, мы тебя отпускаем! И захохотали, потому что знали: слепому да еще со связанными руками Дахору мост не перейти. Но тут запела птичка, и он узнал голос любимой. Птица пела, и он спокойно шел по мосту, но стоило ей замолчать, и он понимал, что впереди опасность. Например, сломанная доска. Тогда слепой вождь осторожно нащупывал ногами дорогу и преодолевал препятствие. Так он перешел мост, и пораженные враги вынуждены были отпустить его.
– А что было дальше?
– Дальше? Птичка принесла из источника каплю живой воды, промыла глаза Дахора, и он прозрел. Но и это еще не конец истории. Дахор покинул свое племя, которое погубило его любовь, и поселился в хижине у водопада. Каждое утро птичка голосом его любимой будила его, а вечером провожала ко сну. В полнолуние она превращалась в прекрасную девушку, и они могли любить друг друга.
– Егор, – Наташа уткнулась ему в грудь лицом, пряча повлажневшие глаза, – расскажи мне о девушке, которую ты когда-то любил.
Егор вздохнул:
– Слишком давно то было, и порой кажется, что все мне только приснилось. Она была очень хорошенькой и молоденькой девочкой, с длиннющей косой какого-то необыкновенного солнечного цвета, а вот ее глаза были очень похожи на твои. Мы и знакомы-то были чуть больше недели, а потом расстались. Поначалу все шло хорошо, она согласилась выйти за меня замуж. Но тут, к несчастью, у нее внезапно умерла бабушка, и она уехала на похороны. Меня же не выпустили из госпиталя. Все эти дни я не отходил от окна, все ждал, когда она вернется. А в тот день впервые спустился самостоятельно на улицу, решил подождать ее в беседке. И как она умудрилась проскользнуть мимо – ума не приложу! Вернулся в палату, а мне говорят, мол, только что была твоя Наталья, да сплыла. Я туда-сюда! Гляжу, а на подушке лежит «Роман-газета», которую я читал перед этим, и прямо во всю обложку написано... – Наташа почувствовала, как напряглось тело Егора, – ...«Я тебя ненавижу, Карташов!» Вот и все! Позже мне рассказывали, сам-то я ничего не помню, что я чуть не разнес всю палату. Почему она со мной так поступила, до сих пор не пойму! Через несколько дней я выписался и попросил друга, чтобы он на своей машине отвез меня в село под Владивостоком, где она жила. Хотел в глаза ей посмотреть, спросить, с чего вдруг решила меня ударить мордой об лавку?
– И что же? Увидел?
– Куда там! Вышел из дома мне навстречу амбал – Афанасий восемь на семь, мужик, за которого она еще до меня замуж собиралась. Он сообщил, что поезд «ту-ту» – ушел для старшего лейтенанта Карташова и моя Наташка уже два часа его законная супруга.
Наташа помертвела. Она вспомнила и тот день, и ту машину, что остановилась под их окнами... Выходит, Петр ее обманул, а она целых пятнадцать лет считала, что Игорь о ней и думать забыл. Но как же тогда быть с Викторией?
– И тогда я запил, – продолжал Егор, не замечая ее смятения. – Пил беспробудно почти два месяца. По пьянке и на Люське женился.
– Егор, а ночью, когда мы вместе были, ты эту девушку вспоминал?
