— И…? Нам срочно снарядить экспедицию на дальний Запад? — не без ехидства сказал командир огромной боевой машины на колесах караванного тягача и заместитель Генерала по совместительству. Это был невысокий, коренастый и очень жилистый человек с желтой кожей и совершенной лысой, обезображенной глубокими шрамами и ожогами, головой. Казалось, ширина плеч его не уступала росту, а громадные, как клешни краба, руки почти доставали до колен и были всегда черными от машинного масла. Заместитель всегда относился к людям из Конфедерации с большим недоверием, чем другие, и его колючие глаза теперь также сверлили молодого человека.
— Намного ближе, — ответил Аспирант, — она лежит на Станции под моим пультом.
Аспирант не мог не узнать лица на фотографии, поскольку события, при которых он его видел, врезались в память ему на всю жизнь. Внезапно воспоминания минувшего встали у него перед глазами: Ночь в степи, веранда Тягача, ярко освещенная фонарями, бандит внизу в боевом наряде, его руки, медленно поднимающие винтовку, а за спиной — стена аппаратурного шкафа — не спрятаться и не отойти. И этот жуткий, холодный взгляд голубых глаз на сильно загоревшей роже, полный решимости покончить с ним прямо сейчас… "Еще секунда и будет поздно…" Да! Это был тот самый бандюк, "сотник", как охарактеризовал его тогда Командир, который едва не убил его в ту самую их ночную поездку. Не просто сотник, оказывается, а сын Главаря! "Надо же, я даже лично с ним дрался!" — подумал Аспирант не без гордости. Вот, почему Генерал не имел ни единого шанса найти его, и никто не сможет — мы же сами его убили, трупы спрятали и сделали все, чтобы об этом никто никогда не узнал! И даже сами успели почти забыть об этом… Неужели мы убили последнего носителя информации, где приборы???… Но память Аспиранта и дальше продолжала извлекать картины той ночи: Труп бандюка без головы, Командир с охранниками тащат его к яме, а он подбирает выпавшую латунную пластину из его одежды. А на пластине… карта! Неужели та самая? А какая же еще, если это и есть сын Главаря банды?!
Именно так текли мысли Аспиранта, когда фотография впервые попалась ему на глаза. Между тем, все сидевшие за столом, давно ждали дальнейших объяснений, и молчать дальше было нехорошо.
— Я могу сходить за ней, если хотите? — сказал Аспирант и начал вставать из-за стола.
— Подожди, расскажи сначала, как она у тебя оказалась? — сказал Генерал, нарушив затянувшееся молчание слушателей.
Дальше Командир и Аспирант подробно рассказали о событиях той ночи. Генерал, его зам и Начальник были немало удивлены тем, что эти "инженера, кустари и ботаники" смогли победить элитного бандюка и его свиту, не понеся при этом потерь! Капитана с Сержантом и без того уже давно уважали в Колонии все вояки после всех тех событий, где им пришлось себя проявить. Теперь же на охранников Станции положил глаз и Генерал. "Был бы у меня хотя бы рота таких солдат, вся армия Собирателя была бы не страшна сейчас мне, напади она на эту колонию вся разом! — думал он, — Жаль, они просто наемники, и у них нет нашего Духа… Но почему эти два полуфермера оказались на голову выше моих людей? Вся их жизнь прошла в охране караванов, реальные бои с бандюками, и они смогли выжить в них. А у наших — только полигонные упражнения и рассказы героев Нефтяных Войн. Да и вообще эти парни на Станции уже не первый год занимаются делом, а потому многое повидали, научились и вообще прошли большой путь. А чем занимаемся мы, кроме проедания нефти и мыслей о войне, к которой, как оказалось, и не смогли толком подготовиться?…"
Но не об этом надо было сейчас думать.
— Что ж вы не вспомнили про карту до моего отъезда? — сказал Генерал уже вслух, — фотография же была все время у вас!
— Мы разнесли тогда голову бандита на куски сразу, как только увидели, что он вот-вот убьет Аспиранта. Потому лица бандюка, кроме него, никто и не видел, — ответил Командир.
— Ладно, хоть деньги и ресурсы мои были потрачены напрасно, первый шаг мы все-таки прошли — карта у нас! — сказал Генерал с возбуждением в голосе. Глаза его теперь горели, и во всем ощущалось желание немедленно перейти к действиям. — Давайте взглянем на этот документ и решим, что будем дальше делать.
Аспирант принес латунную пластину, с трудом откопав ее под своим пультом среди всякого барахла, включая запасные кабели, инструмент, детали к компьютерам и даже штурмовую винтовку, взятую с трупов бандюков тогда же ночью. От влаги и частой смены температуры она успела покрыться зеленым налетом, но надписи и пометки все еще хорошо читались. Пластину сразу взял Генерал, подозвав также своего заместителя.
— Тонкая и аккуратная работа, однако! И сделана явно не бандитами — тут рука мастера, гравера!
— Интересно, он рисовал по карте отца, и тоже ее видел, значит? — спросил Аспирант.
— Всякий, кто ее видел, стал мертвым, — кажется, так говорил их Главарь? — с удовольствием сказал Генерал, глядя на Капитана и вспоминая его рассказ. — Не сомневаюсь, что именно так все и было у них.
