Генерал и его зам углубились в карту. Позже сзади к ним тихо подошел Аспирант, присоединившись к процессу изучения.
— Пока не понимаю, что это за место. Вот эти метки, судя по названиям, вершины каких-то скал. Эта линия, очевидно, дорога. А что значат эти штрихованные зоны? — Генерал задавал вопросы, не обозначая адресата их.
— Что-то нехорошее, — ответил Аспирант, — дорога везде петляет, старательно обходя их.
— Зыбучие пески, — сказал Заместитель, — не знаю, что еще может быть такого там.
— Мины, ловушки… в любом случае этих зон нам надо будет избегать. Но как привязать дорогу к местности? Как мы будем понимать, где делать какой поворот? — Генерал уже явно планировал туда визит.
— Точки вдоль дороги, как раз в местах поворотов, может быть, это знаки на местности? Какие они? — спросил Заместитель.
— Узнаем, когда будем там. Меня больше беспокоит, где точка старта маршрута? Она подписана как "Железная Пасть".
— Я раньше слышал такое название, — ответил Заместитель, — мне рассказывал о нем отец, это в центре пустыни, в самом гиблом ее районе, откуда наши люди часто не возвращаются. В войну там был большой схрон, и отряд отца должен был пополнить из него запасы. Отец спросил, как узнать это место. И ему ответили: "Когда ты увидишь Железную Пасть, у тебя не будет сомнений, что это она!"
— Он смог ее найти?
— Да. Но из 4 его машин лишь одна смогла оттуда вернуться… Там есть какая-то аномалия, компас перестает работать, потому они дважды заблудились.
— Значит, мы тоже сможем, найти и выйти. Я понял, о каком месте примерно речь. Следующая наша цель — тут, — сказал Генерал, ткнув пальцем в место на карте, обозначенное крестом, где завершалась дорога. — Дальнейшие планы я сообщу завтра. Надо поговорить с Лисицей. Возможно, он знает эти места лучше нас, и ему будет что добавить, — сказал Генерал, и на этом закончил собрание.
На следующее утро в лагерь приехал Пустынный Лис. К счастью, он был недалеко и аккуратно дежурил у передатчика в назначенные часы связи, а потому смог оперативно вернуться, как только узнал главную новость.
— Я знаю примерно, где это, но никогда не был в тех местах. Они и до Катастрофы были совершенно дикими и имели дурную славу, а после так и вовсе у нормального человека не было нужды туда заходить. А ненормальные обратно обычно не возвращались. Но по самой карте я могу сказать больше. Точки вдоль дороги, это вешки, какими бандюки обычно отмечают свои тропы в песках. Следы быстро заносит ветер, а вкопанный в песок на несколько метров штырь сохраняет свое место вполне надежно. Скалы там вряд ли большие, их вершины обозначены, видимо, потому, что компас в тех местах глючит, и по этим вершинам они ориентируются.
Лис вернул пластину Генералу и некоторое время стоял, погрузившись в свои мысли.
— И еще, — сказал он вполголоса, — когда-то давно я делал по заказу главаря Степняков несколько ловушек с датчиками. Ну, там, пулемет, который стреляет сам, если есть движение, выброс ядовитых газов с изменением освещенности, ну и т. д. Он очень хорошо платил, и мне сложно было удержаться… К тому же, я знал, что эти ловушки бессмысленны против ваших караванов и предназначались, скорее всего, для каких-то их внутренних разборок. Так вот, я теперь понимаю, что многие, если не все из них, установлены в этой Цитадели. Потому, если попадете внутрь, бросайте вперед предметы, светите фонарями, щупайте пол длинной палкой… Правда, все это не сильно поможет, потому просто пускайте вперед кого-то менее важного, и держитесь от него не ближе 10 метров… Ну и будьте внимательны, конечно. Удача вам там точно пригодится! — закончил Лис.
— Спасибо, удружил, брат! Разве ты не знал, что любая помощь бандюкам оборачивается неприятностями рано или поздно? — сказал Генерал, гневно смотря на Лисицу.
— Ну, кто же мог тогда знать, что так все обернется, — лишь ответил тот.
