Всё это, особенно в сумме, тяготит любого мыслящего. Но лично мне почти физически дурно не из-за материальных предметов, собранных в давилке. Меня гнетут - в порядке усиления - собранные в одном месте следы тёмных эмоций, чужого ужаса и чужой боли. Очень плохо действуют на хирватшу, даже свёрнутое до самого минимума. Очень. Также мне
Алтарный камень, посвящённый Куро Айджин*.
/* - букв. Тёмная Мастерица. Богиня чёрного колдовства, покровительница палачей и отравителей, олицетворяющая мучительную смерть и имеющая ряд иных неприятных аспектов./
Симомуро Кийоши, помимо прочих его... достоинств - действующий каннуси, угодник этой... в общем, этой. Даже рядом с капищем Куро Айджин, а тем более
В общем, лучше мне сейчас думать о Ясу и о Катсуо. Ответственность перед ними и за них да станет моим щитом от тьмы, прочно угнездившейся здесь!
Пока я собирался с духом, нику нингьё забрали у нукэкуби шестерых безумцев и распихали их по клеткам. Позже Резчик проведёт над ними ритуал исторжения духа, подготавливая вместилище для бакэмоно, или использует в каких-то своих опытах... этого я не знаю и, прямо говоря, знать не хочу. В данный момент я хочу побыстрее завершить все необходимые действия с двумя разумными людьми, которых привёл в давилку, и вместе с ними убраться отсюда. О чём и сообщаю во всеуслышание.
- У-фу! Танака Хачиро, ты такой суровый... - Кийоши начал с неприятной клыкастой улыбки - и резко переключился на редкостно фальшивые жалобы. - Мне не нравится, нет, не нравится это! А как же наблюдения за результатами? Как же... контроль? Записи об... изменениях?
- Наблюдения, записи, всё прочее - сколько угодно... - твёрдо начал я.
- У-фу-фу! Какая радость!
- ...но не в давилке. Не здесь.
- Ну Хачиро, малышочек наш, драгоценненький, добренький...
- Приказ Ловца, Кийоши, - отрезал я, глядя прямо в выпученные буркала демона, не обращая внимания на пожар злобы, что полыхал в их глубине. - Ты помнишь, не так ли?
- Помню. Добренький йобидаши Хачиро. Я... всё-всё-всё... помню. Не сомневайся.
- Тогда приступим. Катсуо - первый.
Если бы не наведённая мной вовремя иллюзия сонливого, расслабленного покоя, - парня вряд ли удалось бы оторвать от Ясу без совершенно лишнего скандала. А уж раздеть, уложить на холодный каменный стол и зафиксировать - тем более.
Вообще я был бы счастлив, если бы всё это не потребовалось. Но... четырнадцать лет! Катсуо, к сожалению, вышел из возраста, в котором его ещё можно было передать в ведомство Клинка Небес для обучения на мага или хотя бы абордажника. Удзо Масакару и без того в своё время пошёл навстречу моим просьбам, так что его встречные требования к принятым я игнорировать не мог. Хорошо уже то, что так я мог избавить от давилки хотя бы часть малолетних пленников. А вот Катсуо оставался только тот же выбор, что и Ясу: демонизация. Либо добровольная, либо нет.
И теперь ему - нам - предстояло встретиться с итогами сделанного выбора.
Со сноровкой, выдающей огромный опыт, Резчик подготовил сосуд. Обрил голову, в несколько касаний нанёс на лоб, виски и темя, а также на грудь и живот нужные цем-знаки; при изготовлении нику нингьё их татуируют, потому что полноценного соединения духа с телом не происходит и надо как-то удерживать их вместе, а вот при демонизации обходятся особым клейким красящим составом - в живую-то оболочку подселённый сам вцепляется - не оторвать. Наконец, завершая процедуры, влил в безвольно приоткрытый рот строго отмеренное количество зелья Чёрного Сна.
(Та ещё дрянь, кстати, очень сильно угнетающая сознание. Легко способна превратить человека в слюнявого идиота, если превысить дозу. Я в своё время попробовал половинную порцию - и оказался заперт во внутреннем мире на три большие черты, пока тело не перебороло отраву. Но опыт всё равно вышел интересный: хотя под зельем я, вопреки своим надеждам, не смог управлять сеф, зато действие моих хирватшу в результате заметно усилилось.
