- Нет. В отличие от тебя, меня волнует не риск, а выигрыш. Поэтому прибереги зелье Чёрного Сна для других... и достань мне... да. Пожалуй, кьёфу-сейшин подойдёт.
- У-фу-фу-фу! У-фу-фу-фу-фу! Какой... жестокий... мальчик! Мне нравится! Я быстренько!
Пока Резчик возился с ловушкой духов, возвращая стихийного и извлекая заказанного, я тихо подошёл к Ясу и зашептал ей в ухо:
- Я обещал тебе страх, и скоро ты узнаешь новые оттенки страха. Сотни и тысячи их. Но ведь твоя суть, отражённая в сеф - Вода. Я верю, что ты сможешь не только принять страх, но и растворить в себе, и взрастить до пределов, которые очертит твоя воля. Ты ведь помнишь написанное в Священной Дюжине? Люди сильнее демонов. Помни об этом. Бойся, но помни. И гордо ступай вперёд...
* * *
Ясу удивила меня, как мало кто мог удивить. Я планировал помочь ей, проникнув в обличье Юрэй-нин в её внутренний мир и покрыв струны человеческой души ядом кьёфу-сейшин, духа страха. Но этого не понадобилось. После того, как сикигами расправился на её груди, позволяя бакэмоно упасть в плоть и закрепиться возле сердца, Ясу сама встала со стола. Когда нику нингьё, повинуясь приказу, освободил Катсуо - она взяла парня на руки и покинула давилку, не приняв ничьей помощи. Хотя буквально обливалась холодным потом от навеянного ужаса.
Пока мы шли к казарме, пока поднимались под крышу, к выделенным для меня и "моих" демонов комнатам, пока устраивали тело Катсуо на футоне - Ясу не позволила себе ни единого звука. Когда я уложил её по соседству, она уже мелко дрожала, но иных проявлений падения не позволила себе. Я же решил начать с Целительного Касания, чтобы расслабить сведённые мышцы...
- Не... надо, - сквозь стиснутые зубы. - Сама. Моя... битва.
Я присел рядом в ожидании.
Спустя три малых черты, показавшихся мне
Но это стало только началом.
Лицо новорождённой демоницы, искажающееся всё сильней и сильней, чуть ли не на глазах прорезали новые морщины. Она уже не просто дрожала и потела - тряслась и обливалась потом. В её лимонного цвета косодэ, облепившем истончившееся тело, не осталось ни единой сухой нити. А страх всё рос и рос, превосходя положенные естеством пределы...
И наступил момент, когда Ясу сделала резкий, почти судорожный, глубокий вдох - а потом медленно выпустила воздух с длинным стоном, от которого волосы у меня на голове встали дыбом. Чёрная щетина, оставшаяся у неё на голове после бритья, пошла в рост с невозможной скоростью. Вот только уже не чёрной. В момент перехода она полностью поседела... даже брови её, даже ресницы - и те выцвели до пепельного серебра, который поэт наверняка назвал бы "оттенком сгоревшей надежды".
Однако и
Я не выдержал, всё-таки применив Целительное Касание, потому что иначе усилившиеся во много раз судороги грозили порвать демонице связки и переломать кости. Это помогло, но не до конца. Более того: стоило бушующему вихрю ужаса прикоснуться к передаваемой мною сеф, как эта сеф тотчас же была использована для дальнейшего усиления происходящих изменений. В первый (и очень хотел бы надеяться, что в последний) раз я видел, как от моих попыток исцеления пациент с совершенно неестественной скоростью стареет, подходя к границе смерти от истощения...
И пересекая её.
Сердце Ясу, не выдержав нагрузки, задрожало мелкой дрожью. Встало. Сама же она широко открыла рот - слишком широко, как не смог бы ни один человек. Но ни звука не донеслось из него, ни даже слабого дыхания.
Зато по моему хирватшу слепящим прессом, напрочь вышибающим способность ясно мыслить, прокатилась волна чистейшей паники. Хорошо, что я заранее, ожидая чего-то такого, свернул своё хирватшу до предела, как в давилке с её остаточными следами разнообразных деяний тьмы, и частью сознания ушёл во внутренний мир. Потому что второй, классовый переход Ясу и моё сердце остановил на время половины вдоха.
Да-да. Та волна паники, которой завершилось её падение, - это было ничто иное, как новое, атакующего типа ватшу, которое позже получило имя хораватшу. А сама Ясу, таким образом, в самые краткие сроки стала средним демоном с уникальной способностью, заняв достойное место в иерархии власти Дикой Гавани.
...правда, её детей мне всё равно пришлось пристраивать в приёмную семью на другом краю Шани-Сю. Та скелетообразная старуха, в которую превратилась Ясу, мало походила на их маму. Да и спустя десятидневье, когда усиленное питание вернуло старухе внешность лишённой возраста девушки, которой можно было дать и шестнадцать, и тридцать лет, - внешность эта мало походила на ту, что была до ритуала и падения. Я, конечно, предложил Ясу вернуть детей...
- Им не место рядом с демоном, - ответила она ровно. Она вообще стала очень спокойной - не хуже, чем самая бесстрастная из юкки-онна. - Они живы и благополучны, и это хорошо.
Может, и так, подумал я тогда.
Может, и так.
Оборот четвёртый (6)
Танаке Хачиро - мне - скоро тринадцать.
