Мэдди Эдмондсон уныло брела в полночь по центральному коридору третьей палубы, маясь от смертной скуки. Трансатлантический вояж ей преподнесли дед и бабка на шестнадцатый день рождения, и поначалу это казалось удачной идеей. Но никто не предупредил ее, что этот теплоход окажется плавучей тягомотиной. Все по-настоящему интересные места: дискотеки с клубами, где тусовалась молодежь, или казино – оказались недоступны девушке ее возраста. А шоу с открытым доступом были, похоже, рассчитаны на тех, кому за сто. «Волшебное ревю Антонио», выступления группы «Би-Эм-Джи», предназначенные для семейного просмотра, Майкл Бубле, исполняющий песни Фрэнка Синатры, – все это было просто смехотворно. Девушка уже пересмотрела все фильмы; плавательные бассейны закрыли по причине штормовой погоды. Еда в ресторанах показалась ей слишком причудливой; можно было пойти в пиццерию или взять гамбургер навынос, но и тут проклятая морская болезнь не давала насладиться. Оставалось только высиживать по салонам и гостиным в компании восьмидесятилетних старцев со слуховыми аппаратами.
Единственным захватывающим событием стал тот жуткий подвешенный труп в театре «Белгрейвия». Вот это действительно было нечто. Как всполошились, раскудахтались все эти старухи с палками и костылями; как раскрякались дедули, насупив косматые брови; как забегали офицеры и матросы – точно обезглавленные цыплята. Но Мэдди было наплевать, что там болтают; труп – явная бутафория, рекламный ход для нового фильма. Люди в жизни не умирают подобным способом, только в кино.
Девушка прошла мимо сверкающего золотом и зеленым стеклом входа в самый крутой на судне клуб, «Трафальгар». Из его темного коридора доносился мерный низкочастотный ритм. Она замедлила шаг, чтобы заглянуть. Стройные гибкие фигуры – студенты и взрослая молодежь – извивались в клубах дыма и волнах мигающего света. У дверей стоял неизменный вышибала – в смокинге, красивый и худощавый, но все равно вышибала, готовый помешать несовершеннолетним вроде Мэдди проникнуть внутрь и тоже развлечься.
Она угрюмо поплелась дальше. Хотя в клубах и казино зажигали, какая-то часть фешенебельной публики среднего возраста, обычно наводняющей в это время прогулочные зоны и магазины, исчезла. Видно, сидят по каютам, забившись под кровать. Что за бред! Мэдди очень надеялась, что не станут вводить этот дурацкий комендантский час, о котором столько болтали. Это уже был бы верх навигации. В конце концов, розыгрыш – это просто розыгрыш.
Мэдди спустилась на лифте уровнем ниже, прошлась вдоль магазинов дорогущей торговой зоны «Риджент-стрит», поднялась по лестницам. Ее дед и бабка пошли спать, но она сама ни капельки не устала. Уже больше часа болталась по судну без всякой цели. Со вздохом вытащив из кармана пару наушников, включила плеер и настроилась на Джастина Тимберлейка.
Дойдя до какого-то лифта, девушка вошла в кабину и, закрыв глаза, наудачу ткнула в кнопочную панель. Лифт ушел вниз, немного проехал и остановился. Мэдди вышла. Перед ней лежал очередной бесконечный коридор, на сей раз чуть теснее обычного. Прибавив звук, она зашагала вперед. Куда-то повернула, пинком открыла дверь с непонятной надписью, сбежала по ступенькам и побрела дальше. Коридор предлагал еще один поворот, и меломанка повернула. И вдруг появилось странное ощущение, что за ней кто-то идет.
Мэдди остановилась и обернулась, но коридор оказался пуст. Она сделала несколько шагов назад и заглянула за угол. Никого.
Наверное, какой-то случайный корабельный шум; здесь, внизу, проклятая штуковина гудела и вибрировала, словно какой-нибудь гигантский тренажер «беговая дорожка».
Мэдди двинулась вперед; несколько секунд шла вдоль одной стены, оттолкнулась от нее локтем, заскользила вдоль противоположной. До Нью-Йорка еще целых четыре дня. Тогда наконец-то можно будет сойти на берег и увидеться с друзьями.
И тут оно появилось вновь – чувство, будто за ней кто-то идет.
Мэдди резко остановилась, на сей раз вынув из ушей «капельки». Огляделась, но вокруг никого не было. А вообще-то, где она находится? Дальше тянулся еще один застеленный ковром коридор с какими-то отгороженными помещениями по бокам, вроде изолированных комнат для переговоров. Странно пустынное место.
Мэдди нетерпеливым жестом откинула назад волосы: господи, теперь и она начинает пугаться, как эти старперы. Заглянула через окно в одну из таких комнат и увидела длинный стол, уставленный компьютерами. Интернет-салон? Она прикинула, не зайти ли и не посидеть ли в Сети, но решила, что не стоит – все хорошие сайты обязательно будут заблокированы.
Отвернувшись от окна, уловила краем глаза какое-то движение – будто сзади что-то нырнуло за угол. На сей раз никаких сомнений.
– Эй! Кто там?
Ответа не последовало.
