Я перевёл взгляд на стол и увидел маленькое ведёрко со сливочным мороженым. В животе предательски заурчало, но я не обратил на это, никакого внимания, продолжая следить за Женькой с Леоном. Их поцелуи были тягуче медленными, но от этого они не становились менее страстными. Минуты через две почувствовал, что в паху у меня несколько потяжелело.
Женька же в это время отстранился от своего мужа и, упираясь руками в спинку диванчика по бокам от его головы, проникновенно заглянул Лёньке в глаза:
- Есть пожелания, мой господин? – блин, я тоже хочу такой голос.
- Даже не знаю, - Леон прикрыл глаза задумавшись. – Минет?
- Ваше слово для меня закон, - Женька соскользнул с коленей Леона вниз, пробежался поцелуями по его груди и животу и принялся расстегивать пуговицы на джинсах.
Я даже подался вперёд, чтобы лучше видеть, но в это время кто-то закрыл мне глаза, и я обхваченный за талию сильной рукой, взлетел вверх.
- Тебе не стыдно, маленький? – Люськин тихий шёпот узнал сразу, а через секунду понял, что меня куда-то несут. – Подглядывать нехорошо. - Меня поставили на кровать и, наконец, убрали ладонь от глаз.
- Вот кто тебя просил? – надулся я. – Такое зрелище испортил.
- Вуайерист малолетний. Ты зачем туда попёрся?
- Вообще-то это кухня, и там есть продукты. А я есть хочу. Я целые сутки провёл на голодном пайке, - надул губы и отвернулся.
- Допустим, - Люсьен вперил в меня тяжёлый взгляд, - почему же, когда увидел Женьку с Леоном не ушёл, или не обозначил своё присутствие?
- Интересно стало. Любопытство, между прочим, не порок, а такое хобби. А вдруг бы я чему-то новому научился и к тебе применил. Вот представь себе… Сидишь ты, Люсечка, весь такой расслабленный, а тут я… Осторожненько так забираюсь к тебе на коленочки, - я смотрел в Люськины глаза тёплого янтарного цвета и проделывал всё что говорю, - нежненько целую, прикусываю мочку уха, а потом…
- А потом в дело вступаю я, - перебил меня Люська и тоже наглядно продемонстрировал свои слова. – Перехватываю тебя поудобнее, кладу поперек коленок, голой попой кверху и аккуратно так шлёпаю.
Шлепок получился достаточно звонкий, как и все последующие, я визжал, а Люська приговаривал:
- Скромность, Алекс, украшает, а влезать в чужую частную жизнь нехорошо.
- Нефиг тогда трахаться на кухне. Это общественное место, - проверещал я и получил очередной шлепок, - Гад, прямо по уколам. Больно. Садист. Изверг. Пусти…
- Ну, прости, - Люська склонился ко мне и поцеловал ягодицы. – Но подсматривать всё равно нехорошо.
- Больше не буду, - почти честно ответил я и Люська меня, наконец, отпустил.
Я встал, натянул джинсы и обиженно засопел.
- Ты злой...
- Не дуйся, Дюймовочка, пойдём, я лучше тебя накормлю.
- Ага, пошли. Надеюсь, внизу уже закончили операцию по производству белка.
Я бегом спустился вниз и вихрем влетел в столовую. Олег, Женька и Леон были там.
- Понравилось представление? – Женька томно посмотрел на меня, облизал верхнюю губу и прикусил нижнюю. – Могу на бис повторить.
- Ты меня видел? Да? – обиделся я. – Видел, но не остановился. Что? Нравится, когда на тебя смотрят? Тебя это возбуждает? Так зови в следующий раз, я благодарный зритель, потом даже поаплодирую и покричу «браво».
- Уел, - Женька закатил глаза, - язва сибирская. Считай, что у меня нет слов, и я временно потерял дар речи.
- Хватит препираться, - вклинился в наш диалог Олег. - Давайте спокойно позавтракаем.
- Кстати, - я налил в стакан молока, - а почему вы портреты со стены стащили? Чем вам мои предки помешали? Висели себе спокойно, никого не трогали.
- Чёрт! – Люсьен хлопнул себя по лбу. – Я же тебе не рассказал. Мэтти с Женькой вчера кладбище обследовали и нашли ещё одно послание твоего прадеда. Оказалось, что камни это половина наследства. Вторая под охраной предков, которые есть, но их как бы нет. Олег нашёл книгу в библиотеке, там всё про Вяземских написано. Так вот, предков, чьи портреты мы сняли, в твоём генеалогическом древе нет. Правда ничего в этих картинах особенного нет, может в рамах что запрятано, но Леон нам их ломать не дал.
- И правильно сделал, - я допил молоко, - картины нужно отправить экспертам, чтобы они их изучили. Это могут быть работы известных художников, а может, под портретами скрыты другие полотна. Вариантов масса.
- Фея, моя гениальная, - Люська с умилением посмотрел на меня и, протянув руку, стёр образовавшиеся от молока усы.
- Смотри не перехвали, - ехидно заметил Женька, - а то зазнается, с ним тогда никакого слада не будет. Не знаю как кто, а я наелся.
- А где твоё спасибо? – Леон негодующе посмотрел на Женьку.
- О, забыл. Спасибо нам, что мы поели, а приготовить может каждый, - выразительно продекламировала рыжая бестия.
Лёнька от такого нахальства поначалу обомлел, а потом вскочил вслед за Женькой:
- А ну стой, неблагодарный поросёнок.
Они вылетели в холл, и оттуда донёсся сначала визг, а потом звонкий смех.
- Дети малые, право слово, - покачал головой Олег. – Давно пора повзрослеть.
- Ты прав, - вздохнул я, - тогда может, подаришь мне своего плюшевого мишку?
