Схожий процесс разворачивался и внутри самой Германии. По результатам парламентских выборов в Народную палату, прошедших в ГДР 18 марта 1990 года, премьер-министром стал лидер ХДС Лотар де Мезьер. Впрочем, истинным победителем тех выборов был Коль. Канцлер ФРГ лично руководил мощными агитационными кампаниями ХДС в Восточной Германии, несмотря на то что его имя не значилось в бюллетене, а ГДР все еще являлась независимым государством. Основным посылом организованной Колем агитации было обещание как можно быстрее объединить страну на условиях Западной Германии. Пускай усилия Коля были противоречивыми, его вклад оказался очень весомым: ХДС одержал неожиданную и решительную победу.
Поскольку избиратели благосклонно отнеслись к нему и его партии, он смог сдержать обещание. Коль вместе с советниками разработал план присоединения территории Восточной Германии к ФРГ и распространил западногерманские законы и институты на восточную часть, получив согласие правительства ГДР и оккупационных держав (хотя разрешения Советов удалось добиться лишь после серьезных финансовых стимулов от Бонна). В результате Коль избежал процесса составления проекта новой Конституции, хотя это подразумевалось статьей 146 Основного закона ФРГ. Авторы Основного закона вставили эту статью в качестве подтверждения того, что документ являлся для Западной Германии своего рода прототипом, действующим до тех пор, пока немцы не объединятся в результате свободного самоопределения и не создадут Конституцию – вероятно, проведя официальное собрание. Но за четыре десятилетия Основной закон доказал свою работоспособность, и отказываться от него теперь представлялось неразумным; в 1990 году альтернатива – проведение нового конституционного собрания – стала казаться слишком сложной. Вместо этого Коль решил опереться на статью 23 Основного закона, допускавшую присоединение новых земель к Федеративной Республике. Именно эта статья позволила региону Саар на французско-германской границе стать частью Западной Германии в 1957 году – после того как за это проголосовало большинство его жителей. Используя этот прецедент, Восточная Германия могла разделиться на несколько земель, которые получили бы возможность вместе присоединиться к Западной Германии. Однако этот план встревожил поляков. Они переживали, как бы ФРГ заодно не захотела превратить в новые земли те части Польши, которые раньше принадлежали Германии. Несмотря на беспокойства поляков, Коль, де Мезьер и их правительства дали ход предусмотренным статьей 23 процедурам, и появившиеся пять новых земель смогли стать частью ФРГ 3 октября 1990 года – менее чем через год после открытия Стены.
На протяжении всего процесса объединения в 1990 году канцлер подчеркивал необходимость действовать максимально продуктивно. За закрытыми дверями он объяснял эту спешку желанием собрать урожай прежде, чем начнется буря. Какого рода бурю он имел в виду, неясно, но можно предположить, что он опасался изменения настроений (или руководства) в Москве до формального завершения объединения. Эти страхи имели под собой основание: Горбачев оказался неспособен управлять силами, появившимися после его реформ в СССР. Советские сторонники жесткого курса хотели устранить его и отменить демократизацию, тогда как ярые реформаторы и националисты желали пойти намного дальше, чем сам Горбачев. Консерваторы организовали переворот для смещения Горбачева в 1991 году, но к тому времени переводить назад стрелки часов было уже слишком поздно. Советский Союз развалился на составные части, и этот процесс ускорили амбициозные конкуренты Горбачева, такие как Борис Ельцин. Появился целый ряд новых государств и границ – и в Европе, и в Азии. Противоборство эпохи холодной войны между Советами и Западом закончилось.
