И только лишь весной 1943 года ведомство Геббельса объявило, что германскими солдатами найдено место массовых расстрелов польских офицеров советскими карательными органами. Закономерно возникает вопрос: почему так долго молчали? А теперь почитаем документы.
Директивы господина министра 6 апреля 1943 года.
«После доклада о военном положении майор Бальцер дает описание только что ставшего известным массового убийства Советами польских офицеров. Примерно в девятнадцати километрах западнее Смоленска…около километра влево от шоссе к Витебску за оградой колючей проволоки находится холмистая местность,
поросшая сорняком, на которой в то время, когда там еще находились большевики, людьми ГПУ проводились расстрелы каких-то осужденных или арестантов.
Тамошнему населению это было известно, но из-за страха оно никогда не решалось говорить об этом. Теперь случайно обер-лейтенант полевой полиции группы армий «Центр» догадался о том, что там, по-видимому, лежат горы трупов. На этом месте, которое заметно благодаря молодым посадкам сосен, теперь проведены раскопки и установлено, что там лежат слоями в 9-12 человек… великое множество преимущественно или почти исключительно польских офицеров.
У большей части из них руки были связаны за спиной. Часов и колец уже не было, у них правда, были еще злотые, а главное, личные документы с фотографиями, документы о награждении орденами и т. д., так что идентификация может быть проведена чрезвычайно легко.
Там сейчас работает известный химик из Кенигсберга со своими помощниками, чтобы…установить звания убитых. Все люди были убиты путем выстрела в затылок — иногда пуля пробивала голову насквозь, иногда застревала в голове. Всего по предварительным расчетам, там закопано 10–12 тыс. польских офицеров…»
Конференция от 14 апреля 1943 года.
«Перед оглашением директив министра статс-секретарь убедительно просит освещать советские зверства под Смоленском теперь и по радио, которое в противоположность прессе вчера вечером только кратко коснулось этой темы».
Директивы господина министра от 14 апреля 1943 года.
«Центр тяжести нашей пропаганды в ближайшие дни будет и далее сосредоточен на двух темах: атлантический вал и большевистское гнусное убийство. Миру нужно показать на эти советские зверства путем непрерывной подачи все новых фактов. В особенности в комментариях надо, как это частично уже было, показать: это те же самые большевики, о которых англичане и американцы утверждают, что они якобы изменились и поменяли свои политические убеждения…
Наконец, можно также подчеркнуть, что здесь, в массовых могилах, лежат не только польские офицеры, (а может и оуновцы, но о них ни слова — авт.) которые разыскиваются польской эмиграционной кликой в Лондоне, подающей в Кремль все новые прошения. Об этом имеется хорошее сообщение в 46 заграничных агентствах, согласно которому в Лондоне имеют обоснованную надежду найти в скором времени давно пропавших без вести поляков. По этому поводу мы можем только сказать: мы их нашли убитых большевиками в бесконечных массовых могилах».
Директивы господина министра от 15 апреля 1943 года.
«Хорошо, если бы к гнусному убийству в Катыни нам представились бы еще новые актуальные политические случаи, чтобы этим событием пропитать еще сильнее международные политические дебаты…»
И далее говорится, что:
«…если нас — немцев будут упрекать в зверствах, то мы противопоставим этим утверждениям массовые могилы Катыни с 12 тыс. казненных польских офицеров и, прежде всего, заклеймим цинизм английских евреев, советские союзники которых способны на отвратительные преступления, каких не помнит мировая история.
Реакцию польского населения на Катынь мы включили также в немецкую прессу как действенное усиление».
Конференция от 16 апреля 1943 года.
«По делу, собственно о Катыни, министр обращает внимание на следующие психологические соображения.
Было бы неправильным дальнейшие занятия делом Катыни проводить под знаком обороны: виноват не убийца, а убитый! Вначале мы дадим несколько столбцов фактического материала, чтобы затем в качестве добавления изложить следующее:
«Наконец, под тяжестью сообщенного нами доказательного материала и постоянно повторяемых обвинений, которые мы изо дня в день давали по радио и которые теперь вместе с неопровержимыми аргументами прошли через всю нейтральную заграничную прессу — а об этом мы позаботились, чтобы эти еврейские негодяи, заключившие совместный сговор между Лондоном и Москвой, не достали нас своими щупальцами, под тяжестью этого материала они теперь начали заикаться…
