Это была одна из самых крупных побед нашей бригады. О ней рассказала в своей передаче радиостанция «Свободная Югославия». В репортаже Радована Зоговича назывались имена Душана Бошковича, Блаже Попиводы, Саво Николевича, Ягоша Срдановича, Милии Рашовича, Спасое Драговича, Блажо Црвенко. Отмечались также штабы 1-го и 2-го черногорских батальонов под командованием Саво Бурича и Божо Божовича. Подробно описывался бой этих батальонов с четниками. В передаче упоминалось об одном интересном эпизоде. Бато Щепанович, получив легкое ранение в голову, упал на землю. Подбежавшие товарищи хотели отвести его на перевязочный пункт, но Бато сказал: «Мой пулемет привык только к моим рукам». Назывались также имена Раштегораца и Хамида Беширевича. Оба мужественно сражались и были ранены. Истекающий кровью Хамид убил еще троих солдат противника. Тяжелые, продолжительные марши сильно подорвали здоровье раненого Хамида, и его перевели в дивизионный госпиталь. Там он, к несчастью, заразился тифом. Погиб он позже, во время боев на Сутеске.
Раненная, Милева Щепанович сражалась до конца дня, никому не говоря о своей ране. И только после того как мы овладели высотой Крчино, Милева явилась на перевязку. Отделение Милии Рашовича, заброшенное в тыл итальянцам, сыграло решающую роль в борьбе за высоту. После боя командира отделения нашли убитым. Казалось, он уснул, склонив голову на приклад винтовки. В блиндажах между трупами итальянцев нашли также Спасое Гошовича. Во время атаки он ворвался во вражеские окопы и был убит осколком гранаты. Спасо Божович, Владо Ковачевич, Войо Абрамович, Божо Прля — это далеко не все имена героев тех грозных дней.
В ту ночь наступление осуществлялось по всему фронту — от Устиколины до Фочи. 3-я крайнская бригада, кралевацкий и белградский батальоны нашей бригады преследовали разбитого противника. После поражения в боях за Крчино, Капак, Голи-Врх и Ифсар итальянцы и четники не смогли удержаться даже в хваленой системе укреплений под Чайниче, награжденной за свое совершенство серебряной медалью итальянского командования.
Там, где недавно находился противник, валялись брошенные орудия, раненые мулы, радиостанции, трупы солдат, которых не успели похоронить, офицерские кухни, минометы, ящики с боеприпасами. Здесь можно было увидеть и крестьянские топоры, шерстяные носки, красочно расшитые наволочки. Однако все это перемешалось с чужеземными ранцами, пелеринами, шляпами с перьями, порнографическими открытками и четническим знаменем, затоптанным в грязь. Путь к Ифсару свидетельствовал о полном поражении противника.
За успехи в боевых действиях в междуречье Неретвы и Дрины нашей бригаде в приказе, подписанном товарищем Тито, была объявлена еще одна благодарность. В этом приказе говорилось:
«От имени Верховного штаба выражаю признательность и благодарность бойцам, командирам и политическим комиссарам 1-й пролетарской бригады за блестяще выполненные задачи, за храбрость и стойкость, проявленные в боях под Главатичево, Калиновиком и при форсировании р. Дрины, а также в боях против итальянцев на участке Дрина, Чайниче. В этих боях вы показали героизм и мужество, которыми гордится вся наша армия. Выражаю также признательность и благодарность командиру этой бригады Даниле Лекичу за умелое руководство боевыми действиями бригады».
Узнав о форсировании Дрины и разгроме врага у села Брод, недалеко от Фочи, а также о том, что Тито объявил благодарность 2-й далматинской бригаде и саперной роте, о чем сообщила радиостанция «Свободная Югославия», Владимир Назор заплясал от радости по комнате и написал об этом стихотворение.
Милош рассказал, что наша бригада уже достигла реки Лим и участка шоссе Преполе — Бело-Поле, а это при нашей скорости движения было очень далеко.
