Нет, я должен держаться. Должен нести крест, что взвалила на меня судьба. Должен идти вперед, даже если будет трудно и больно, а не прятать голову в песок, уподобляясь страусу. Ведь я избран кольцом вероятности...
Я хрипло рассмеялся, немало удивив этим своих соседей по купе. Кажется, они решили, что этот тощий мужик лет тридцати пяти, в волосах которого уже начала пробиваться седина, окончательно спятил. Возможно, это недалеко от истины.
Готовься, Альберт, я уже иду. Жди!
Он и ждал. Знал, гад, что я явлюсь, и ждал. Кто же его предупредил, паразита недорезанного? Наверное, тот парень. Все-таки надо было шлепнуть его тогда...
Я залег на втором этаже одного из коттеджей, разглядывая в бинокль соседнюю хату и нагло лузгая семечки. Весь многочисленный мусор, неизбежный при этом занятии, я бросал прямо на ковер, понимая, что хозяева против не будут, ввиду их отсутствия.
А богато они здесь живут. Лепнина над камином, ковры, шкафы с фарфором и хрусталем, какая-то уродская картина... Или я просто ни черта не смыслю в живописи?
Вздохнув, я устроился поудобнее, безжалостно сминая белоснежное покрывало на громадной, как армейский плац, кровати. При этом я, разумеется, даже не подумал снять ботинки и сейчас, привольно болтая ногами, рассыпал повсюду липкие капли грязи. Еще бы, ведь на улице снова моросил этот надоедливый дождь.
Но сейчас меня волновало нечто гораздо более прозаичное, нежели затянутые тяжелыми серыми тучами небеса. Нечто гораздо более опасное, чем дождь.
Домик, в котором расположился поганый фриц Альберт вместе со своими прихвостнями. Тот самый трехэтажный особняк, который я изучал в бинокль.
М-да... Мощная штучка... Так просто с налету не возьмешь. Бетонная ограда, колючая проволока, видеокамеры скрытого наблюдения, одну из которых мне удалось засечь только из-за моего небывалого везения. Пяток с виду мающихся бездельем у дверей мужичков, глаза которых нехорошо так бегали по сторонам. Ствол чего-то большого и крупнокалиберного, замаскированный в чердачном окошке. Возможно, какой-нибудь пулеметик.
Вполне очевидно, что есть и еще что-нибудь, просто не обнаруженное мною. Например, целая бригада спецназа, ожидающая приказа где-нибудь в подвале.
Я со вздохом отложил бинокль. Короче, можно уже подводить итоги. Если я собираюсь лезть внутрь, то не помешало бы сначала помолиться и поставить пяток свечей в ближайшей церквушке... Прости, Господи, я и так уже обещал тебе десятка три-четыре, но все время как-то не получается.
Надо придумать какой-нибудь план. И придумать быстро, пока Альберт еще не спохватился.
Этот немец был здесь. Я чуял его кольцо. Уверенность в собственных силах, настороженное ожидание, мягкое нетерпение, скука. Все это говорило о том, что он еще не знает о том, что я нахожусь всего в трех сотнях метров от него. И из этого вовсе не следовало, что я какой-то там более умелый окольцованный или более опытный. Просто у меня на руке было два колечка, а у него – одно.
Два кольца... Да, это все-таки уже не совсем то, что одно. Я почти чувствовал, как час за часом невидимые зубы вгрызаются в мою трепещущую душу. Я ощущал, как вытекает из меня жизненная сила. Никогда я еще не чувствовал себя настолько слабым физически. Никогда.
Но в то же время я был наполнен силой. Пьянящее могущество буквально сочилось из каждой поры моего тела. Я ощущал себя почти богом. И если то, что чувствовал Долышев, было сходно с этим... Тогда я мог его понять. Да, мог.
Собрать все семнадцать колец и умереть в непередаваемом экстазе обладания беспредельной властью. Полностью лишиться жизненной энергии всего за несколько минут. Бывают и более неприятные способы покончить с собой.
Например, попытаться влезть в тот надежно охраняемый домик. Но именно это я и собирался сделать. Сегодня же ночью.
Я в сердцах выругался. Правда, шепотом, чтобы меня не услышали эти охраннички, торчавшие всего в пятнадцати метрах от того места, которое я избрал началом своего путешествия. Черт побери! Проклятую бетонную стенку было бы гораздо проще преодолеть, если бы не было этой колючки. И хотя перед этим я хорошенько поработал кусачками, но все же оставил на своих боках немало весьма и весьма болезненных напоминаний о том, что не стоило бы сюда лезть.
Прокравшись мимо бдительного ока телекамеры, я шлепнулся в кусты и, тяжело дыша, вытащил из кармана свой неизменный «ТТ». Да-а. Тяжко. И когда только эти колечки успели высосать из меня все силы? Скоро Антон Зуев сможет передвигаться только в кресле на колесиках, как этот сморчок Долышев. Жаль, только вот Леночки у меня нет, чтоб возила. А Ольга? Оля не согласится.
Тогда придется терпеть. И забыть о специальном кресле для паралитиков, которое мне совсем даже ни к чему. Ведь не нужно же? Правда, Зуев? Не нужно? Нет? Тогда вставай, задохлик!
Я встал и, пригибаясь, проскользнул почти к самой стене коттеджа. Надеюсь, меня никто не засек. Вроде бы нет. По крайней мере, тревога не поднялась, и из дверей не посыпались один за другим вооруженные до зубов спецназовцы. Все было тихо.
Теперь начиналось самое интересное.
