Пик задрожал, извергнув в небо гигантскую оранжевую струю - криовулкан проснулся.
'Он не выживет, - брезгливо прошипело метановое озеро. - Зря стараешься, Кольцо Гюйгенса'.
Поверхность планеты загудела, сейсмическая волна покатилась по плато, чёрными трещинами взрывая ледяной пейзаж, подбрасывая серые валуны, перекраивая ручьи и реки, опорожняя озёра.
'Я буду ждать тебя, - прогрохотал пик. - Ты наш!'
Тело подбросило, что-то хрустнуло в руке, но Пикник уже ничего не чувствовал. Он не видел, как согнутая рукоять втянулась, створки спасательного модуля разошлись, и тело съехало вниз на гладкую металлическую площадку в заботливые щупальца робота-реаниматора ...
- V -
Прихрамывая, Пикник продвигался по коридору станции. Узкий матово-серый коридор имел хорошее и нужное приспособление - гладкие перила. Придерживаясь здоровой рукой, десантник разглядывал таблички на дверях. Генераторы, кислородная станция, склад запчастей, диспетчерская. Пикник остановился, поправил китель и нажал кнопку вызова. Сердце стучало так, словно он пришёл на первое свидание. Лёгкие шаги за дверью, щелчок замка и ...
Выглянувшая из приоткрытой двери ничем не напоминала ту, с которой он провёл в эфире два смертельно долгих часа. Худое личико, большие глаза за ещё большими очками. Изрядно полинялая серая форма будто подчёркивала серость хозяйки.
- Заблудились?
Низкий грудной голос совершенно не стыковался с тем нежным, тоненьким и необыкновенно душевным, державшим тонкую нить жизни с попавшим в беду человечком.
Это не её голос.
- Извините, - пробормотал гость. - Наверное, я не туда попал. На станции есть другая диспетчерская?
Интерес в глазах женщины на мгновенье вспыхнул и тут же угас, как спичка на холодном ветру.
- Другой диспетчерской на станции нет, как и другого диспетчера. Хотя по штату должен.
Мысли в голове Пикника смешались в коктейль, словно попали в миксер. Но это точно не её голос, точно.
- Линия? - недоверчиво промямлил гость.
Лицо женщины расплылось вежливой улыбкой.
- Ах, так вы к Линии - проходите.
Дверь распахнулась, Пикник неуверенно переступил порог. Изнутри дохнуло запахами предельной чистоты, подкреплёнными ароматизаторами воздуха. По всему периметру стояли серые металлические шкафы до самого потолка.
- Линия, - коротко произнесла женщина. - К тебе гость.
Посреди комнаты появился серебристый вихрь, трансформировавшийся в голограмму: девушка в белоснежном платье с широко открытыми глазами смотрела на Пикника. Длинные ресницы хлопали, подобно ставням на ветру, на лице играла нежная весенняя улыбка.
- Здравствуй, Пикник! - ласково прошептала девушка. - Я так рада, что ты жив!
Из глаз десантника скатились маленькие, едва заметные слезинки.
- Ты... Я не знал, я думал... - парень утёр слёзы рукавом. - Ты молодец, ты чудо. Спасибо тебе!
Он повернулся: дама в очках стояла в коридоре чуть поодаль, теребя в руке смятую пачку 'Сатурна'.
- Я сейчас в режиме поиска ошибок, поэтому не могу держать изображение долго, - грустно произнесла Линия. - Ты придёшь попозже?
- Приду, - ответил Пикник, покидая диспетчерскую.
Отчаянье вперемешку с болью в душе спряталось за безысходность - фея оказалась компьютерной программой.
Десантник огляделся:
- Здесь курить можно?
Женщина сунула очки в нагрудный кармашек и молча указала в дальний конец коридора. На мгновенье Пикнику показалось, что в её глазах мелькнула неземная грусть. Наверное, размышлял десантник, хромая по коридору, тяжело наблюдать такие встречи - Линия спасла жизнь не одному исследователю. Когда-то Пикник читал про чудесные достижения в области искусственного интеллекта, но чтобы так - ведь он на сто процентов был уверен, что Линия живая, настоящая.
Десантник глянул на часы - скоро вылет, лучше ему поспешить. И пусть всё самое трудное останется здесь, на Титане...
- VI -
Если всё пройдёт хорошо, он переведётся туда, где планировал служить изначально. Ганимед, Каллисто, Европа - теперь уже не имеет значения. Важно, что он навсегда покинет Титан, лишь в редких снах будет вспоминать оранжевое плато, взрывающиеся гейзеры, острые пики скал и огромные молнии.
Десантник откинулся на мягкую спинку, пристегнул ремень и прикрыл глаза, намереваясь вздремнуть, но какая-то тревожная мысль не давала покоя. В этой мысли мелькали грустные, застенчивые, скрытые полумраком серо-оранжевых облаков, глаза. Возможно, это последствия двухчасового путешествия, решил парень.
Салон заполнялся пассажирами. Пикник чуть приоткрыл веки - несколько учёных с классическими бородками и обязательными очками в толстой оправе. Десантник улыбнулся: столько лет минуло, приспособления для улучшения зрения прошли долгий эволюционный путь, а очки в толстой оправе живы. Конечно, на школьника их не напялишь, как и на десантника, но учёная братия своих привычек менять никак не собирается.
Впереди в кресла упали два крепыша в синей форме лётного состава. Один высокий с короткой стрижкой, второй на голову ниже, полный и совершенно лысый.
- Не люблю быть пассажиром, - пробурчал толстяк.
- Чего? - возразил высокий, снимая фуражку.
