– Даже ребенок взял бы Тур без объявления войны, – пояснил ей Сигиберт. – Там осталось несколько моих солдат, а жители… – Он хмыкнул: – Этим галло-римлянам все равно, под каким королем жить. В общем, Хлодвиг не встретил сопротивления.
Брунгильда сложила руки на коленях.
– Что будет дальше, Сигиберт?
Супруг фыркнул:
– А я тебе скажу. Дальше он возьмет Пуатье – этот город не так далеко от Тура. Потом пойдет на Лимож, Каор и Бордо. Этот мерзавец решил расширить свое гнилое королевство за счет моих владений.
– И ты, конечно, не допустишь этого, – спокойно сказала Брунгильда, но в голубых глазах сверкнула ярость. – Мы не должны отдать ему Пуатье… Это… Ну ты сам понимаешь…
Сигиберт все отлично понимал. В монастыре этого древнего города хранилась христианская реликвия – фрагмент Истинного Креста, полученный в дар от императора Византии. А еще он понимал, что Хлодвиг все же возьмет Пуатье – просто зайдет туда без боя, и Сигиберт ничего не успеет сделать. Брунгильда читала его мысли как открытую книгу.
– Мой тебе совет: пошли гонцов к Гунтрамну, – твердо сказала королева. – Он выступил посредником между вами и теперь должен наказать того, кто нарушил приговор суда.
Сигиберт кивнул. Ему и самому приходила в голову подобная мысль, но что-то подсказывало: Хильперика уже не остановить. Или, лучше сказать, остановить его можно было только оружием.
– Когда захватишь королевство своего брата, – Брунгильда вновь потянулась к гребню, – убей Фредегонду. Поверь, все несчастья от этой ведьмы.
– Это я и хотел бы сделать, – Сигиберт коснулся губами светлых волос жены. – А теперь мне нужно идти. Чем быстрее прибудет Гунтрамн, тем лучше.
Проводив мужа, Брунгильда заулыбалась своему отражению. Она не сомневалась, что оба брата разобьют Хильперика и этот развратник наконец получит по заслугам вместе со своей женушкой.
…Гунтрамн приехал довольно быстро, и Сигиберт подумал, что не ожидал от него такой прыти. Старший брат показался Брунгильде еще больше похожим на епископа – с благочестивым до приторности лицом и вкрадчивыми манерами, он никак не походил на короля, готового вступить в войну с кем бы то ни было. Королева про себя обозвала его трусом и лицемером, но, на ее удивление, Гунтрамн представил им высокого молодого человека с длинными рыжеватыми волосами и резкими чертами лица.
– Это Эоний Муммол, – сказал он, и Сигиберт с интересом посмотрел на этого одетого в кольчугу воина. Молодой военачальник происходил из галло-римлян, многие из которых верно служили франкам и даже добивались титулов.
