— Я… мы попробуем. Только ты должна слушаться меня во всем. А не то мы сдохнем. Сейчас для всех стоящих за стеной я с тобой поразвлекаюсь. Иначе мне не протянуть время с мнимым допросом, с которого ты вернешься слишком целой и не окровавленной. Поэтому будь добра кричать что-нибудь соответствующее. Не надо на меня так смотреть. Я почти четыре года жил на Земле, и что такое земной секс, неплохо знаю. Как видишь, марсианский мне уже не доступен. Командирчику потом покажешь все, как было, чтобы он не лез с разборками. Раз уж ты утверждаешь, что он способен подобное считать! После мы возвращаемся, и мне придется его чуток подопрашивать. Надеюсь, он все такой же выносливый. Ибо я должен быть убедителен. Другого выхода нет. А потом с первыми ударами молнии я дам тебе единственный шанс. Добежать до дальнего провода и воткнуть его в стронций. Потому что я этого по приказу делать не стал. Не профукай. Второй раз прикрыть тебя я не смогу. А дальше либо все сработает, либо мы сдохнем. Усекла, фатаатун?
— Усекла, Мейсон, — выдохнула Мадлин. — Спасибо!
— А теперь кричи!
====== Глава 28 ======
Мадлин и представить себе не могла, что какие-то четверть часа короткого и неожиданного разговора с Мейсом за бараком настолько изменят всю ситуацию. Что он отважится встать на их сторону и попробовать противостоять Карбункулу. Доверяла ли она огненному марсианину? Едва ли. Но если он выполнит хотя бы часть озвученного, то появлялся шанс, пусть и мизерный. И нужно было испробовать всё: не дать выродкам ничего заподозрить, продержаться оставшееся время и запустить кальдеру. О том, что делать, если вся эта схема действительно не сработает, Мадлин старалась не думать. Ибо это означало неминуемую смерть. Причем уже всем, включая марсиан. Но ведь пока оставалась надежда!
Но вот чего она совсем не могла себе представить, так это насколько тяжело окажется выходить за Мейсом из-за стен барака спустя полчаса и показываться на глаза Тротлу. Она даже боялась думать о том, что ему пришлось пережить за это время, ничего не видя и не зная, но слыша ее крики боли и отчаяния, часть из которых явственно намекали на совершенное насилие. Мадлин исступленно надеялась, что она паршивая актриса, что Тротл хоть как-то догадается о разыгранном спектакле, что не поверит в то, что Мейс действительно издевался над ней, а не простоял все это время рядом, давая указания что и когда кричать. Но стоило ей появиться перед всеми, волочась за марсианином и пытаясь оправить на себе одежду, пока тот не швырнул ее на землю напротив барака, она всеми клеточками ощутила раскаленную, тяжелую атмосферу, полыхавшую там, куда она даже не решалась взглянуть. Прости, Тротл, ты все потом поймешь!
Но не смогла. И подняла к нему голову. Какое счастье, что она не видела его глаз! Что он носил свои темные очки, и никто до сих пор не сорвал их и не затоптал. Потому что она не выдержала бы его взгляда. Но ей достаточно было всей его напрягшейся, окаменевшей фигуры, его недобро вздымающейся в тяжелых вдохах груди, его угрожающе прижатых ушей и хлещущего по воздуху хвоста, чтобы впервые порадоваться тому, что он был связан и едва мог шевелить ногами. Иначе он, ни о чем не спрашивая, молча убил бы Мейса. И тот оказался бы прав: его не станут слушать. Ему просто не дадут на это права.
Антенны Тротла пылали почти черным светом, и Мадлин даже с такого расстояния чувствовала тяжелые, пробирающие до внутренностей волны, которые, казалось, пытались дотянуться и прощупать любую частичку информации, впитать то, чего был лишен взор все это время, узнать правду. И ей отчаянно хотелось передать ему успокоение, заверение, подтверждение того, что ей не причинили никакого вреда, что она в порядке. Она открыто смотрела на Тротла, сидя на земле рядом с державшим ее удавку выродком, и не сопротивлялась тем шарящим по ней вибрациям, которые искали на ее теле следы ударов или насилия. Мысли ее хаотично метались. Она знала, что их он так не услышит и может лишь почувствовать ее состояние. И попыталась взять себя в руки. С ней ничего не произошло. Она была совершенно цела и невредима. С ней никто ничего плохого не сделал. Она даже приложила ладонь ко лбу, чтобы подтвердить этот отчаянно транслируемый ему посыл. Но Тротл почему-то оставался ощеренным и застывшим, и его антенны так и не посветлели.
Что же делать? Ведь Мейс вернулся сюда вместе с ней для того, чтобы допросить рыжего, и, хоть он и не собирался убивать или сильно травмировать его, методы вряд ли выберет адекватные. И на все это Тротлу нужны были силы, которые он сейчас тратил не на то! Но что Мадлин могла, находясь на глазах у сотни выродков, среди которых были соглядатаи Карбункула? Как еще убедить своего мужчину, что ей никто не причинил боли? И она с досадой стукнула кулаком по пыльной земле.
Между тем, Мейс приблизился к Тротлу и скрестил руки на груди, оглядывая его с ног до головы насмешливым взглядом.
