– Николай говорил, что вы изучали дневники…
– И не только их. Я знаю каждый предмет коллекции Карнаганов до мельчайшей трещинки. Я восстанавливал
– Вы ведь знаете о Таа-Нефертари больше, чем было показано на выставке.
– Таа-Нефертари… Да-а, именно так её называл Джонатан. Как учёный, я не могу полагаться на данные без документальных подтверждений. А записки мечтателя, которого многие считали эксцентричным, даже безумным, определённо нельзя в данном случае считать документальным подтверждением. – Тронтон усмехнулся. – Но как уже сказал, я занимаюсь не только наукой в привычном понимании. Нет, не радуйтесь так, мистер Войник… – Он поднял ладонь, охлаждая пыл встрепенувшегося было журналиста. – Я не могу обучить вас. А жаль… вы в самом деле особенный. Встреться мы при иных обстоятельствах, когда призраки не дышали бы нам в спину… Впрочем, это была бы совсем иная история, а я отвлёкся… Знаете, ради
– О чём вы говорите?
Тронтон заговорщически улыбнулся:
– Я ведь уже сказал – я желал восстановить её историю. Был буквально одержим этой идеей. Реконструировав её лицо, неужели я мог остановиться? Нет, я должен был реконструировать её родословную… сопоставить с тем, что знаю… А современная наука всё-таки открывает невероятный спектр возможностей. По моему поручению, с позволения хозяина коллекции, её останки прошли через все возможные исследования ещё там, в Англии. А ДНК-анализ подтвердил родство, о котором мы догадывались и так… Но знаете с кем ещё?
Якоб покачал головой. Профессор рассмеялся:
– Я сделал своё имя на других открытиях, хотя клянусь, это бы перевернуло немало. – Он подался вперёд и добавил чуть слышно: – С Рамсесом и Сети. Она была их генетическим предком, понимаете? Целую династию назад… И у меня есть вполне стройная теория на этот счёт. Впрочем, к чему утруждать вас подробностями.
– Нет уж, извольте.
– Разве что кратко… Современные теории о захвате Египта гиксосами уже не столь однозначны. Начиная с того, что Дельта ещё в Додинастический период была своего рода торговым хабом… домом для очень многих народов. И были народы юга, завоеватели из Нубта и Нехена и другие. Вот в каком бурном котле родился народ египетский, мой друг. Рэмеч-эн-Кемет, как они сами себя называли.
Войник честно пытался следовать за мыслью Тронтона. Профессор явно не собирался задерживаться и пояснять всё подробнее и понятнее.
– Так вот, можно говорить о том, что жители Дельты были роднёй хека-хасут. Хотя подъём целой династии, разумеется, стал возможен не сразу, и этому способствовал целый ряд факторов, от ослабления экономики до упадка централизованной власти… Давайте я всё же избавлю вас от подробностей и перейду к делу. Фиванская династия свергла гиксосскую. Но народности-то никуда не делись! И видите ли, какое дело… Рамессиды, что пришли на смену Восемнадцатой Династии – да-да, той самой, из которой происходила знаменитая Нефертити, а не только наши с вами знакомцы, – были военной элитой родом из Дельты. Из того самого котла народностей. И покровителями своей власти они называли Хора и Сета… Сета, которого чтили хека-хасут. Сети Первый, отец Рамсеса Великого, вёл масштабное строительство. Его знаменитый храм лежит в Абидосе, а дворец он построил в Аварисе. На месте дворца гиксосского правителя Апопи. Ну а уж про Пер-Рамсес, столицу в Дельте близ Авариса, вы хоть что-то, да слышали. Прелюбопытная выходит теория, не находите?
Якоб улыбнулся, кивнул:
– Значит, кровь Таа-Нефертари всё-таки воцарилась в Египте… и не только когда на трон поднялся её брат, но и многим позже, когда о ней окончательно забыли.
– Именно. Генетика – упрямая вещь, как и факты. А в пользу этой теории свидетельствует именно генетика.
Почему-то при мысли о том, что наследие царевны пережило её, стало теплее. Якоб не успел пока узнать всё, что она желала показать ему, но рассказ Тронтона достроил общую картину ещё одним недостающим фрагментом.
– А ДНК второго тела… вы тоже изучали? – осторожно спросил Войник.
Профессор вздрогнул и отмахнулся:
– Не будем об этом. Не теперь… когда… – Он осёкся, и его взгляд сделался затравленным, забегал по кафе, выискивая в толпе тех, кого здесь не было… а если и были – то не на этом пласте реальности.
– Профессор Тронтон, – тихо позвал Якоб, тронув англичанина за локоть. Он искренне сочувствовал этому человеку, потому что прекрасно понимал, что значит оказаться наедине с собственным ужасом, о котором даже рассказать никому не можешь. А Тронтон к тому же явно понимал, с чем именно столкнулся, – понимал даже лучше, чем сам Войник. – Вы хотели поговорить об Оке Хора.
