– Да. До сих пор не могу к твоему драконьему облику привыкнуть. Как твои глаза вижу, так не по себе становится. Еще и муженек твой, чуть что, свои черные культяпки выпускает.
– Мы изменились.
– Ты только хвост не отращивай, иначе будешь ходить в штанах с дырой на заднице, да и большинство твоих платьев дырявить придется.
– Торжественно обещаю, что не буду! Когда я проснулась, ты хотела со мной о чем-то поговорить.
– Да, Кель. Там, в башне мы очень испугались. Ты так горевала, что казалось, еще немного, и ты сойдешь с ума. Прости, мы не знали, что магия разума защищает своего носителя от сумасшествия, мы не знали, что перед спячкой дракон должен как следует пожрать. Мы не знали и опоили тебя дурманом. Архахаар не просыпался, а ты превратилась в какую-то бездонную бочку. В тебя вливали столько силы, что просто невозможно себе представить, а ты все равно медленно угасала. Да ты и сама всех видела – обтянутые кожей скелеты, жалкие подобия самих себя. А за день до твоего пробуждения Арея кончилась. Она бы не смогла восстановиться. И самое гадкое, что они все молчали. И тогда я испугалась, испугалась по-настоящему, как не боялась никогда раньше. Сколько я себя помню, мы всегда были вместе. Вместе играли, вместе росли, учились, вместе сражались. Никогда не забуду, как ты отдала мне свой кинжал взамен потерянного, и потом целую седмицу спала только на животе. Ближе тебя у меня нет никого. Да, у меня есть муж и мы любим друг друга, есть Арея, но она хоть и сводная сестра, но все же подруга, мы не так близки. Если бы мне предложили прожить жизнь заново, я бы согласилась только при одном условии – чтобы ты была рядом. Ты будешь моей названной сестрой?
– Валесия, мне лестно слышать такие теплые слова, и я хотела тебе сказать…
– Сказать что я дура?
– Нет, хотела сказать, что ты и так моя сестра, и всегда ей была.
– Мы заждались тебя, Морана. Похоже с мужской силой у Сарпия все в порядке.
– Я вас не знаю, а значит вы не из дворца. Ваша одежда слишком бесстыдна, порядочные женщины такие платья не одевают. Шлюхи же такие дорогие вещи не носят. На убийц тоже не похожи.
– Говорила я тебе, а ты все со своим первым впечатлением… неудобно же!
– Неудобно ей, и так платье раз в год надеваешь, скоро в штанах кое-что вырастет.
– Дамы, я жду.
– Я – Кельвирея, она – Эллениэль. Имен достаточно?
– Вполне. Наслышана о вас обеих. Сказала бы, что рада знакомству, но к чему кривить душой? Не убьете, если присяду?
– Падай, надо кое-что перетереть.
– Вы от Архахаара – усмехнулась Морана – его стиль.
– Ты права.
– Он предупреждал, что вместо него могут приходить другие, правда, не называл имен. Что ж, мне лестно, что скромной любовницей императора интересуются такие важные… хм… личности.
– Нас не особо интересует, как и с кем проводит ночи Сарпий, а вот верховная жрица бар-авлеев вполне заслуживает внимания – улыбнулась Эллениэль.
– Всегда поражалась осведомленности Леса и колдунов. На землях империи нет ни эльфов, ни магов, а знаете больше, чем все советники вместе взятые.
– Познай врага ближе друга.
– Мудрые слова, Кельвирея. Жаль, что этот стих из Книги мало кто знает и правильно понимает.
– Мне книгу забили через зад розгами, а понимание пришло позже, когда я набралась жизненного опыта и стала размышлять.
– Вот именно. Книга – источник мудрости, а не руководство к действию, Единый даровал своим созданиям голову не для того, чтобы они долбили ей об пол и круг целовали.
– Магистр и Верховный с тобой не согласятся.
– Еретики извратили учение Книги. Подумать только, «рабы Единого». Разве ребенок приходит в этот мир в ошейнике и цепях?
– Умную беседу всегда послушать приятно – прочистила горло Эллениэль, – но скоро рассвет, наше время ограничено, да и Моране неплохо бы выспаться.
– Жаль, очень жаль. Так трудно найти умного собеседника, когда ты вынуждена изображать пустоголовую красивую дурочку. Надеюсь, как-нибудь сможем просто посидеть и поговорить.
– Вполне возможно, Морана. Мы хотим предложить тебе сделку.
– Еретики говорят, что Единый заповедовал не якшаться и, тем более, не заключать сделок с нечистыми. Возможно, они правы. Если я отвергну ваше предложение, то не доживу до рассвета. Ведь так?
– Увы. Ничего личного, просто целесообразность. Либо мой вейгур в сердце, либо Кельвирея сожжет твой разум и тебе больше не придется прикидываться дурочкой. По мне лучше вейгур, чем провести остаток жизни безмозглой скотиной. Ты знала, чем рискуешь, когда стала сотрудничать с Архахааром.
– Поначалу я считала его безобидным мелким пакостником… хорошо, я слушаю, но если что… я жила, лежа с раздвинутыми ногами, дайте мне умереть стоя.
