Хлодвиг так и не выпустил из лап свою Брунгильду, с которой прожил пять веков. Их сын в самый последний момент распахнул крылья и пролетел всего в паре метров от острого пика, фыркнул от злости на себя, на ситуацию. Пролетел над глубокой расщелиной. Обернулся, чтоб глянуть в последний раз на место, где нашли покой его родители, и увидел сетку, летящую в него. Не увернуться! Потянул в себя воздух, но в последний момент увидел, что сетка не из верёвки, это что-то стальное, что уже опутывает, сжимает, сминая и ломая крылья. Понял, что надо расслабиться, чтоб не покалечиться, но древний инстинкт велел бежать. И он рванулся из сетей, затягивая на себе ловушку и падая на скалы. Выпустил сквозь сетку когти, пытаясь уцепиться за рваные края скал. Хватал лапами всё, сто попадалось, но в когтях оставался лишь рыхлый снег. Ущелье, которое он пролетел парой минут раньше, приближалось. Но кто-то сильный затянул стальную сетку, в которую он попал как котенок в авоську, и ловушка с добычей дернулась вверх. Плененный дракон обернулся — из расщелины взлетал вертолёт.
Драконы предпочитают тепло. Холод тоже могут выдержать, но тепло им нравится больше. Даже не тепло, а жара. А как же пещеры, в которых драконы спали веками, охраняя свои сокровища? Тут все просто как у медведей — драконы нагуливали жирочек и заваливались в пещеру спать. Помимо золота и украшений, они стягивали в лежбища ковры, шубы, меха. Если зимовали или жили в паре с драконихой, то сыроедение разбавлялось наваристыми бульонами, согревающими в холодные времена. Да и гастрономическими изысками дамы своих драконов баловали. Варили пиво, жарили барашков — все как у людей. И часто принцессы, которых крали драконы по договоренности с отцами барышень, оставались жить в пещерах. Причины у девушек на это были разные — за кем-то не приезжали принцы, кто-то спасался от нелюбимого, и уговаривал дракона сказать, что барышня случайно убилась, убегая от дракона, а кто-то просто хотел вольно жить, попивая винишко и читая книжки.
Лора продрогла и от этого проснулась. Поджала лапы, пытаясь укрыться собственным платьем, но только зацепилась за него когтем. Ткань натянулась и с другой стороны врезалась в шею. Больно Лоре не было, драконья чешуя и не такое выдерживала, но лапе было навязчиво неудобно. Подтянуть к себе нижнюю лапу, чтоб освободить, не получилось и дракониха села. Глаза открывать не хотелось, еще поспать бы, но холод, сырость и застрявшая лапа вынудили её разлепить сперва один, а потом и второй глаз.
Увиденное ей не понравилось. Она сидела на бетонном полу небольшого, по драконьим меркам, пространства. Кубик помещения пять на пять и в высоту тоже пять метров. Металлическая дверь, выкрашенная в черный цвет, с узкой горизонтальной полосой для глаз, через которую и попадал в камеру тусклый свет. Бетонный пол грязно-серый с дырой для слива жидкостей в углу под той же стеной, что и дверь. Стены тоже серые, а потолок из-за тусклости света почти не виден, словно висит в камере черное облако смога. Слева от неё на цепях за верхние лапы подвешен Лео. На полу ближе к двери что-то валяется.
— Что уставился? — рыкнула на мужа дракониха, высвобождая коготь, увязший в ажуре вязанного платья.
— Здравствуй, Лора. Давно не виделись, — звякнул цепями дракон. — Выпусти детей из сумки, они уже час как перестали пищать.
Лора открыла было пасть, чтоб огрызнуться на мужа, но упоминание о детях и необычно вежливый тон мужа её смутили. Она встала и, переминаясь с лапы на лапу, тяжело пошла к тому самому предмету недалеко от двери. Присела рядом и дотронулась до него. Предмет вздрогнул и внутри заскулили.
— Дети, — позвала Лора и открыла замок на сумке.
Сначала высунулась одна мордочка, понюхала воздух, глядя на Лору, ткнулась носиком в протянутую лапу, скрылась обратно в сумке. Дракониха напряглась от тишины и бездействия. Сзади слышалось тяжелое дыхание дракона, шаги где-то далеко по коридору и совсем тихо, словно глубоко под землёй, текла вода. Лора не выдержала и приоткрыла сумку.
— Ауууррррр! — выпорхнули дракончики один за другим и атаковали мать.
— Ах, вы, чертята, — рассмеялась Лора, подхватывая сыновей, чтоб они не шмякнулись на пол. — Пока ты спал, — повернулась она к дракону, — умер Анатоль, а наши шалопаи намеревались его съесть. И это всё из-за тебя. Ты убил человека, спасшего нам жизнь.
Дракончики для приличия слабо повырывались, а потом прижались к Лоре, зацепившись пальцами, похожими на белые куриные лапки, за её платье.
Дракон внимательно наблюдал за этой вознёй, и Лоре показалось, что он улыбается.
— Мне из-за темноты кажется, или они белые?
— Абсолютно белые. Наверно потому, что ты старый.
— Они альбиносы, Лора. Это редкость. У драконов не велась летопись, но по упоминанию людей белый дракон встречался последний раз тысячу лет назад.