Гордон выпалил в ответ что-то на чужом языке, я не понял слов, но был уверен, что он не обещает безопасности. Вот она, судьба. Моя жизнь в руках у человека, если его можно так назвать, который жаждет моей смерти. Существо, которое я ударил ножом в городе. Да. Я вспомнил его шрам на лице. Крупный и мощный волк-аниморф. Значит, по этой логике стройный, худощавый волк, которого я видел у склада, и тот, которого спас от паукообразной твари, приняв бой на себя, — Гектор? Их всё это время было двое, а я не заметил такой мелочи, хотя они всегда крутились рядом.
— Возможно, будет немного жарко, постарайся расслабиться и не потерять сознание, — произнёс свирепый аниморф, стоя рядом со мной. Чёрная дымка сформировала устрашающий рыцарский шлем, за которым исчезло лицо Гордона.
— Он просто горячий парень! Держись, Марсель, это будет быстро. — Попытался успокоить меня Гектор. — Главное — не отключайся!
После этих слов он так же полностью исчез в доспехе. Гордон прижал меня к себе, и я увидел, как нас заволакивает чёрная масса. Прильнув больной головой к ледяному доспеху, я закрыл глаза. Ситуация из ряда вон выходящая: мы в погибающем мире, полном неведомых тварей, стоим на борту кукурузника, летящего в неизвестность, в обнимку с мужиком в рыцарских доспехах.
Наступила спокойная тишина. Моё тело словно растворялось в потоке чёрной массы, и совсем скоро я перестал ощущать сдерживающие меня руки Гордона, а после и своё тело. Пространство вокруг заполнилось теплотой, которая нарастала с каждой минутой, и совсем скоро превратилось в неистовое пекло. В какой-то момент жара отступила, и во тьме появились миллионы ярких огней, искрящихся разнообразными цветами. Необыкновенная завораживающая красота, от которой не хотелось отвлекаться. Это удовольствие длилось мгновенье. После чего я вернулся в дышащую жаром темноту. В душе воцарилось спокойствие, я чувствовал себя уютно, словно в коконе. Впервые за долгое время я не ощущал тревоги и страха, а главное — боли, сопровождавшей меня все эти дни.
«… Могучие крылья величественного дракона несли воина к захваченным чужеземцами территориям. Жители деревень взывали о помощи, и легендарный освободитель их услышал. Огненное дыхание Азусу нещадно губило врага на подлёте к деревне. Опустившись на землю, дракон гордо вскинул голову, осматривая окрестности. Тяжёлою поступью легендарный воин ступил на землю. Облачённый в могучие чёрные доспехи, он вынул из ножен крупный двуручный меч и неспешно двинулся на врага. Обескураженные, испуганные чужеземцы бросались врассыпную от Хана. Особо храбрые из них вступали с воином в схватку, но тут же падали, теряя жизни. Могуществу и силе Хана завидовали генералы самых крупных армий, каждый хотел его переманить на свою сторону. Но храбрый воин гордо служил своему лорду и нёс освобождение и мир в родные земли…»
Обжигающее тепло утихало, плавно переходя в лёгкую прохладу. Тело словно собиралось воедино из пепла, а разум аккуратно возвращался в него. С первым освежающим вздохом ко мне вернулось позабытое чувство боли, по которому я совсем не скучал. Тишина отступала, и взамен ей появлялись непонятные звуки и разговоры на неизвестном мне языке.
Я открыл глаза и увидел, как чёрная масса расходится в стороны мгновенно растворяясь. Моё истощённое тело висело на крепких руках Гордона. Нас встретило огромный холл в тёмных тонах, с очень тусклым освещением. В центре него общались два человека в чёрных одеяниях. Увидев нас, они прекратили разговор и направились к нам навстречу. Дальше начался диалог. Общение, в котором я не услышал ничего, кроме шума. Всё это время эти двое с любопытством разглядывали меня, а один даже схватился за кровоточащую рану на ноге. Я оповестил его о боли, прохрипев что-то вроде невнятного стона, и он нехотя отпустил.
Не прерывая разговора, меня понесли в другое помещение. Минуя античную шикарную лестницу и длинный ветвистый коридор, мы прибыли в небольшую комнату. Краем глаза я увидел широкую кровать, письменный стол и кожаное чёрное кресло. Один из сопровождающих зажёг тусклый свет лампы. Гордон уложил меня на кровать и сел рядом. На его лице сквозь недовольство виднелась лёгкая улыбка. Закончив монотонный диалог, двое незнакомцев покинули комнату, голоса удалялись вглубь коридора.
— Ну ты силён! — заговорил Гектор, закрывая дверь.
— Удивил меня, — сухо, но с улыбкой произнёс Гордон. — Ты хоть понял произошедшее?
Я отрицательно махнул головой.
— Ты чуть не остался там, в переходе, но каким-то образом пришёл в себя. Так, ещё и хрень эту принёс с собой. — Гордон приподнял мою левую руку, в которой был крепко сжат трофей.
— Погоди-ка, — Гектор подошёл ближе и попытался разжать пальцы. Разорванные суставы не поддавались. — Так вот, оно что! У него зубы гончей в руке застряли. Гордон, зажми тут предплечье.
Проведя больные манипуляции, они разжали мою хватку и аккуратно высвободили от зубастого капкана. Посмеиваясь между собой, парни положили кусок гончей на столик рядом с кроватью.
