— Ануджи, позвольте нам подежурить ночью, — обратилась Эверилд к лидеру секты.
Мужчина замер на полпути к своему жилищу, обернулся, долгим взглядом посмотрел на верховную жрицу.
— Вы уже придумали себе новое имя?
Девадаси вздохнула:
— Пошли спать!
Лидер душителей понимающе улыбнулся и, кивнув, удалился в свою палатку. Эверилд последовала его примеру, велев детям идти за ней.
— Будем ждать глубокой ночи, — констатировала печальный факт метресса.
— Видимо. Это не проблема. Я переживаю, что на расстоянии нескольких километров не будет добычи, — потемнела лицом вампирша, сканируя лес на три километра вглубь.
— У нас еда под рукой, — разумно заметила фаворитка.
— Мне они пока нужны живыми. Так что постараемся как можно дольше их не трогать, — охладила Эверилд подругу.
— Как прикажете, моя королева, — насмешливо сказала Нагайна.
— Возможно, скоро это вакантное место займет другая, — подметила Эверилд, тяжело вздохнув.
— Я на твоем месте бросила бы все дела и мчалась к Эрику, — стала подбивать подругу Нагайна.
— Вот еще. Я не собираюсь за ним бегать. Если он откажется от меня, это его право. У него было достаточно времени, чтобы принять решение, — высокомерно заявила королева.
— Как и у тебя, — спустила фаворитка подругу с небес на землю. Королева одарила свою пассию раздраженным взглядом, с тоской понимая, что подруга была в чём-то права.
— Я не уверена, что он мне нужен. У меня есть ты, — отвертелась королева.
— Надолго ли? Огонь между нами остывает. Вампиры не могут долго кого-то любить. Тебе ли об этом не знать, — поспешила остудить подругу Нагайна.
— Эрик тоже вампир — ты забыла? Причем он самый древний из нас. Как думаешь, умеет ли он долго любить? — перевела стрелки на короля Эверилд.
— Он желал тебя полторы тысячи лет, позволял резвиться с другими мужчинами, с чего ты взяла, что он просто так тебя разлюбит? — парировала Нагайна.
— Потому что он тоже не железный. Как думаешь, ему нравится бегать за малолеткой в виде меня, которая вечно задирает нос? — высказала свою точку зрения Эверилд.
— Это твой выбор. Ты бы могла не вести себя как эгоистка, — заключила фаворитка, не желая дальше развивать тему.
— Он уже получил меня, почему ты решила, что его любовь не угаснет? — бестолково продолжала допытываться Эверилд.
— Потому, что он всё еще тебя хочет и очень часто меня спрашивал, как ты. А тебе уже надо определиться со своими чувствами… Слышишь: в лагере наступила тишина, — сменила тему вампирша.
Эверилд кивнула и, поднявшись, выскользнула из палатки.
[1]
И правда, в лагере уже все спали.
— Мне кажется, мы здесь не одни. Я видела человека за той пальмой, — показала свою наблюдательность королева.
Нагайна тихо выбралась из палатки, внимательно осмотрелась, кивнула, показывая, что посторонних тоже заметила. Метресса мысленно пригласила детей на улицу.
«Не хочешь своих малышей забрать?» — обратилась она к спутнице. Эверилд кивнула и перехватила контроль.
Подруги прислушались к звукам: где-то рычал тигр, проползала змея, а вот и шаги, их несколько. Эверилд указала рукой направление. Дети сорвались с цепи. Она лишь успела приказать: «Всё сделаете тихо».
Ни одного вопля не раздалось. Дозорные ничего даже не заметили. Королева вместе с фавориткой подоспели в последний момент. Детвора молниеносно расправилась с едой: довольные девочки сидели на трупах, потрошили карманы. Эверилд насчитала семерых покойников, прислушалась к звукам.
«Сюда еще движется группа».
Нагайна кивнула, дав понять, что ментальный сигнал уловила.
«Оставьте трупы: к нам еще идет еда», — велела Эверилд, и дети встрепенулись. Их ноздри раздувались, крылья носа трепетали.
«Я чую», — сказала Агния и кошкой скользнула в следующие заросли кокоса — за ней скрылись остальные.
Эверилд с Нагайной замыкали шествие. Они беззвучными тенями струились меж деревьев. Вот совсем близко послышались голоса.
— Что-то нет сигнала, — сказал хриплый голос.
— Значит, туги их обнаружили, — ответил второй, звонкий.
