Султан увидел поле боя, потом заметил Эверилд и двинулся к ней.
— Ты не ранена, Кана? — обратился Мехмед к вампирше.
— Нет, мой повелитель, просто сильно испугалась, — всхлипывая, ответила вампирша.
Султан подъехал к ней ближе, помог спуститься с лошади и обнял ее.
— Все хорошо, ты убила его. Сейчас подчиненные срежут рог, и я сделаю тебе из него оружие. Чтобы ты больше не боялась носорогов, — утешая, сказал султан. Он заслонил собой Эверилд и, подняв вуаль, нежно поцеловал в губы. Они целовались с минуту, когда раздался выстрел. Мехмед вскрикнул и ухватился за Эверилд.
— Вас ранили! — испуганно сказала вампирша, удерживая султана.
К нему поспешно подъехали визири. Они помогли его удержать.
Темный Эрик смотрел сквозь заросли, в груди закипали гнев и ревность, как кипящее масло, он не мог больше смотреть, как султан ее обнимает и целует, утешая. Он сейчас должен был быть рядом с ней, целовать ее губы и утешать. Он поднял пистоль и, подобравшись ближе, выстрелил, ранив мужчину в плечо. Принц взял второй пистоль и снова прицелился, но султана заслонили.
«Он должен умереть, Эверилд станет только моей и ничьей больше». Он взобрался на коня и вместе со всеми выехал на берег реки. Султана уже вели под руки подданные. Эверилд растерянно смотрела на Темного Эрика — она всё видела. Он пожал плечами, мол, я не при делах. Помог султану забраться на своего коня и вызвался вести лошадь под уздцы, на этом охота кончилась, рог слуги срезали.
Все двинулись во дворец. Темный Эрик передал султана другим и подъехал к Кане, окруженной вампирами.
— Я не хочу тебя больше видеть рядом с ним, — заявил он.
— Ничем не могу помочь, ты сам меня продал в гарем, — спокойно ответила Эверилд.
— Как продал, так и выкуплю. Мне ничего сейчас не стоит приказать тебя похитить! — рыкнул он.
Принц Эрик оглянулся, свита ушла далеко вперед, он кивнул вампирам.
— Они тебя не послушаются, до встречи, принц Эрик, — холодно проговорила Эверилд и пустила лошадь галопом. Вампирши поскакали за ней следом. Она впервые применила ментальное подчинение, спустя пятьсот лет. Считай, бросила вызов самому принцу. Вампирши следовали за ней, а Темный Эрик не сдвинулся с места, смотря ей вслед.
— Посмотрим, кто кого переиграет, — сказал он в тишину и отправился в свою резиденцию.
Свита султана ехала во дворец. Самого Мехмеда переложили на носилки, Эверилд на месте сменила повязку, пропитавшуюся его кровью. Горло обожгла жажда.
— Он будет жить? — обеспокоенно спросила Эверилд.
— Это скажет только лекарь, а вам, госпожа, лучше вернуться в свои покои, если что-то станет известно, вам доложат, — сказал офицер из янычар, и вампирша не стала спорить.
Она передала лошадь конюху и с ребенком на руках отправилась во дворец. Когда она появилась в коридорах гарема, многие рабыни бросали на нее косые взгляды, но ни одна не решилась приблизиться.
В комнате ее встретила Фатьма-султан.
— Добрый день, как съездили на охоту? — начала она с нейтральной темы.
— Султана попытались убить… — как-то потерянно сказала Эверилд. Мелкий благоразумно молчал, сидя у нее на руках.
— Кто? — побледнела Фатьма-султан.
— Не знаю, но думаю, кто-то из визирей, — ответила она, проходя к своей кровати.
— Ты знаешь, султан велел тебе подготовить покои из двенадцати комнат, но раз тебе вернули ребенка, я отдам тебе свои покои из пятнадцати комнат. Султан бы поступил так же, тем более я переезжаю в новый дворец со своим мужем и детьми, а Валиде-султан мне выделит покои из двадцати комнат, ты же знаешь, я жду ребенка. Надеюсь, что это будет мальчик.
— Поздравляю! Но думаю, вы слишком щедры ко мне, Фатьма-султан, — спокойно возразила Эверилд.
— Я знаю. Считай это даром. Что Эрик не сын султана — для меня не новость. Будь наглее, и все звезды упадут к твоим ногам, а еще побеждает тот, кто не отказывается от даров судьбы.
— Это очень великодушно с вашей стороны, — поблагодарила Эверилд.
— Пустяки, ты меня отблагодаришь, если поможешь раскрыть заговор султанш. Мне кажется, они задумали убийство моего брата, а мне не хотелось бы повторить судьбу моей матери, Турхан-султан.
— Хорошо, я готова вам помочь.
— Тогда прикажи собирать все вещи, и переезжаем в новые покои, — улыбнулась Фатьма-султан.
— Хорошо, как скажете, госпожа.
— Не унывай, мой брат очень живучий, он выберется из лап смерти.
— Знаете, мне иногда кажется, что я проклята, дьявол побери! Все мои мужчины умирают не своей смертью — это ужасно…
— Это просто случайное совпадение. Я вон уже третьего мужа сменила, обо мне ходят слухи, мол, жениться на Фатьме-султан — значит поздороваться со смертью, — она печально улыбнулась.
— Таких женщин в Европе называют черными вдовами, а в Индии сжигают заживо вместе с мужем. Им запрещается носить украшения. Если вдову оставляют в живых, то она не имеет права носить волосы и должна побриться налысо.
Фатьма-султан тряхнула головой.
— Это кошмарно, бедные женщины! Я, оказывается, еще родилась в раю.
— Да, вам хоть можно заново выходить замуж.
