— Та смерть мне была должна. Поэтому я смогла тебя вырвать из ее лап. Ты мне давно приглянулась, и я готова тебя оберегать. А сейчас послушай моего совета: тебе нельзя оставаться в Индии, Совет очень скоро тебя найдет. Уезжай в Росию[1]. Там ты будешь в безопасности. Мы тут покумекали со смертью, бывшей богиней Марой, она сказала, что скоро в доме Дашковых родится девочка, она сыграет определенную роль в будущей Российской империи. Но ее душу просит ирландская богиня смерти, и она не может ей отказать, потому что у них договор. Какой — не вникала в детали, но, по-моему, ирландская богиня спасла кого-то очень дорогого сердцу Мары, та ей должна душу, или в карты она ее проиграла? Не знаю. Не смотри на меня таким взглядом, вы играете на деньги, а мы играем на души — это наша валюта. Ну вот, когда ей исполнится восемнадцать лет, Мара должна ее душу отдать ирландской богине. Мы тело выкрадем, а ты займешь ее место. Хорошо? — и Кали ей подмигнула. — А теперь утирай слезы и иди Эрика собирать в дорогу, да и с друзьями попрощайся. До встречи в Российской империи, — Кали послала ей воздушный поцелуй и пропала.
А Эверилд поднялась с пола, голова кружилась. Хоть богиня какую-то чепуху наговорила, но почему-то хотелось ей верить, да и на душе стало легче. Эверилд забеспокоилась, ведь бабушка слышала все крики, и ей надо объяснить, что случилось. Если, конечно, ее удар не хватил. Или того хуже — стражей закона не позвала, с нее станется. Вампирша поднялась на второй этаж и застала умильную картину: бабушка задремала за вязанием. Как только не упала?
— Ну всё, надо прощаться, — Эверилд осторожно подняла бабушку, переложила на кровать, поцеловала в лоб. Ментально связалась с Эриком, выясняя, где он. Попросила по-тихому уйти от ребят, предупредила, что нужно покидать Индию. И что лучше ребятам ничего не знать, чтобы Совет всех не перебил, пытаясь выяснить, куда подевалась Эверилд с ребенком.
Вампирша вышла на улицу через черный ход, и у Ганга они встретились в месте скопления трупов, отправленных в плавание по реке. Убийцы верили, что они плывут в рай.
[1]
Декабрь, 1761 год
Эверилд сидела в холодной комнате и читала книгу, когда к ней заявилась Мара.
— Привет, бессмертный друг! Пришло время заменить Екатерину Дашкову.
— А что она, умерла?
— Нет, но носит под сердцем ребенка, который ее убьет.
— М-м… демонический ребенок?
— Почти угадала, она не может больше участвовать в политической жизни Российской империи, а сейчас происходят важные события, где она нужна. Поэтому тебе придется занять ее место, — спокойно проговорила Мара, смотря прямо в глаза Эверилд.
— Хорошо, я готова, что от меня требуется? — покорно согласилась вампирша. Ей уже порядком надоело обитать в тени.
— Идем, время не терпит, — безмятежно сказала Мара и протянула вампирше ледяную руку.
— Ты, случайно, не вампир? — с усмешкой спросила Эверилд, но за богиней последовала.
— Увы, нет. Сейчас в доме все спят, Екатерина лежит в лихорадке. Я через полгода должна вернуть душу. Они пробирались дворами, избегая любого столкновения с людьми. Мара указала на черный ход: — Здесь я тебя оставляю и передаю в руки твоего знакомого, теперь это твой новый дом, — скрывая улыбку, сказала Мара.
Она исчезла, а Эверилд осталась перед черным входом, не решаясь взяться за дверную ручку, ее не покидало ощущение, что богиня чего-то недоговорила. Ну что теперь гадать — надо шагать. Она решительно нажала на ручку двери и вошла полутемный коридор. Ее ждали:
— Ты! — возмущенно вскрикнула Эверилд.
— Я! — согласился Темный Эрик и флегматично пожал плечами, протягивая руку Эверилд.
— Значит, Дашкова носит твоего ребенка под сердцем?.. — сделала правильные выводы вампирша и протянула руку в ответ, позволяя увести себя.
Они шли мимо закрытых дверей и остановились у поворота.
— Я могу на нее посмотреть? — спокойно поинтересовалась Эверилд.
— Да, я за этим тебя сюда и привел, заодно ты сможешь украсть ее воспоминания и вжиться в роль, — пояснил Темный Эрик, почему-то ждущий истерики, но ее не последовало, он уже забыл о достаточно спокойном нраве вампирши.
— Хорошо, а куда ты ее денешь потом, когда я займу ее место
— Спрячу в дальний дом и буду ждать, когда она разрешится бременем. Я могу наложить запрет на вход в эту комнату.
— Так в дальний дом ты ее денешь или оставишь здесь? — строго спросила Эверилд.
— Оставлю здесь, в дальних покоях, и наложу запрет.
— Хорошо, мой повелитель, — съехидничала Эверилд.
— Я еще не получил этот титул, моя королева, — с улыбкой отозвался Темный Эрик.
Из комнаты послышался стон, вампиры переглянулись.
— Надо заглушить все звуки.
— Я разберусь.
— Но!..
