Колыбельная ведьм. Скриптум Первый полностью

– Вы верите мне? – недоверчиво спросила я.

– Я верю, что новый ритуал, о предшественниках которого вы, вероятно, читали в газетах, должен был произойти примерно в это время. Но детали можно обсудить по дороге, – Ворон указал на гондолу, – если вы, конечно, не против отправиться вместе со мной.

– Не против, – поспешно сказала я и, не до конца осознавая происходящее, шагнула в лодку.

Удерживаемая магией, она даже не покачнулась. Ворон следом за мной опустился на обитое бархатом сиденье. Из-за яркого солнца маска отбрасывала глубокие тени, мешая мне прочесть его эмоции по глазам.

Гондола сдвинулась с места в разы быстрее, чем если бы ей управлял человек. «Раз Ворон не задал мне ни одного вопроса, значит, он уже знает больше, чем я… И твоё видение, Персиваль, не было выдумкой». В голове раздалось раздражённое покашливание.

– Конечно, это не выдумка! – зашипел фамильяр.

«Прости!»

Когда гондола удалилась от Ковена на несколько десятков метров, я наконец набралась смелости начать задавать вопросы.

– Вы сказали, что верите моему рассказу про время ритуала, верховный ведьмак. Почему?

– О скольких подобных происшествиях вам известно, леди Кроу? – спросил Ворон в ответ.

– Об одном. Я читала лишь недавнюю газету, в которой описывался ритуал на острове Мурано.

– Всего, включая известный вам случай, было проведено пять ритуалов на разных островах Лагуны. Пять смертей, – спокойно сообщил Ворон. – Между первыми двумя случаями проходило по месяцу, перед третьим и четвёртым перерыв был две недели, до пятого ритуала прошло около семи дней, и он состоялся на острове Мурано двадцать шестого октября.

– В прошлое воскресенье, – быстро посчитала я. – Значит, есть вероятность, что время неслучайно и сегодня должна умереть следующая жертва?

– Даты примерные, точное время смерти жертв Ковену неизвестно, поскольку расследованием полностью занимается Орден, – ответил ведьмак.

– Но здесь же явно замешана магия! Как они могут что-то узнать без нашей помощи?

Мужчина усмехнулся, откидываясь на борт гондолы и щегольски закидывая ногу на ногу. Я могла считывать его эмоции лишь по языку тела, и сейчас поза Ворона казалась обманчиво расслабленной.

– Орден уцепился за возможность ослабить влияние ведающих. Их можно понять: будь у нас такой шанс, мы бы тоже его не упустили.

– Но разве нельзя было хотя бы тайно изучить места ритуалов? Прибыть туда раньше Ордена?

– Мы не всесильны, леди Кроу. А тот, кто проводит ритуалы, осторожен. Нам ни разу не удалось найти ни единого следа или проследить за магическим фоном. Более того, кажется, что виновный выбирает места новых ритуалов хаотично – их невозможно предугадать, – задумчиво склонив голову, ведьмак добавил: – А ещё, кто бы ни проводил ритуалы, есть подозрение, что он специально позволяет Ордену узнать о них раньше нас. Из-за этого наши люди не успевают осмотреть ничего и слухи расползаются со скоростью света.

– Ведающих подставляют специально? Пока что всё выглядит именно так, – в груди поднималась вполне обоснованная тревога.

– Вполне возможно, – кивнул Ворон. – Как вы узнали про Тессеру?

Лгать верховному ведьмаку почему-то было сложнее, чем Лукреции. Про дневник Тадди я не решилась сказать, да и менять версию лжи казалось уже неуместным.

– Я начинаю глубже изучать искусство прорицания, – сдавленно ответила я. – Во время медитации в святилище Триады мне явилось видение…

Не знаю, как Ворону удалось одной только позой показать ехидное недоверие, но именно эту эмоцию я увидела в его сложенных на груди руках.

– Вы же понимаете, что я могу использовать на вас заклятие правды, узнать всё, что мне нужно, а затем стереть воспоминания об этом? – ровным деловым тоном спросил мужчина.

– Это будет преступлением, – ответила я.

И хотя мой голос звучал уверенно, колени, скрытые широкими штанами, ощутимо подрагивали.

– Не будет. Ничего ведь не произойдёт. Вы ничего не вспомните, я ни о чём не скажу.

– Я говорю правду, – уже жёстче солгала я.

– Ну, конечно, – усмехнулся Ворон. – Леди Кроу, поймите меня правильно: Ковен и все ведающие, по крайней мере в Венеции, находятся в очень шатком положении. Если вам известно хоть что-то способное нам помочь, ваш долг ведьмы – сообщить мне об этом.

Я опустила взгляд на руки, сцепленные на коленях. Ворон приводил логичные доводы, и, на самом деле, скрывать от него какую-либо информацию было неправильно. С другой стороны, его настойчивость в отношении моего назначения профессором, проявившаяся ещё год назад, настораживала.

– Не думаешь же ты, что Тадеуша убил член Триумвирата? – спросил в мыслях Персиваль.

«Конечно, этот вариант проскальзывал в мои мысли, – призналась я. – Но на самом деле я так не думаю. Шифр в дневнике Тадди очевидно намекает на Орден. А разбрасываться талантливыми ведающими, тем более профессорами, явно не в интересах Ворона. И будем честны: он мог найти куда более действенный и простой способ заставить меня стать профессором – тот же шантаж или жёсткий приказ, подкреплённый согласием всего Триумвирата».