В этой комнате были спрятаны ящики с оружием и боеприпасами, притом довольно много. Странно, что по большей части там хранились почему-то японские арисаки, разбавленные наганами и, как я уже говорил, значительными залежами боеприпасов к ним.
Интересная находка, возможно, она в будущем мне пригодится, сейчас же для меня это все бесполезно.
Кстати сказать, изучая содержимое этого схрона, я потерял довольно много времени и вернулся в свое тело именно оттуда. Притом, как и в прошлый раз, даже понять не смог, как это произошло. Мир мигнул, и вот я уже лежу в кровати, проснувшийся и слегка дезориентированный.
Первой осознанной мыслью было вот что: «интересно, это со мной навсегда останется или со временем пропадет? И как бы научиться осознанно переходить в это состояние, а не от случая к случаю?»
Не стал долго над этим размышлять, просто смысла нет. Мелькнула было мысль проверить найденную в подвале комнату, а то вдруг все это мне приснилось, но я тут же её отбросил. Не охота лазить по подвалам, да и не нужно мне это. Я и так уверен на все двести процентов, что это не сон и не наваждение, поэтому и суетиться не буду.
Собственно, если бы даже передумал и решил всё-таки проверить, не получилось бы, потому что в дверь номера постучали, и когда я её открыл, обнаружил брата, который бодро произнес:
— Ну ты и спать горазд, думал, уже не достучусь, даже переживать стал, не случилось ли чего.
Видя, что я на него смотрю с недоумением, он пояснил:
— Я постучал первый раз и, не дождавшись реакции, сходил к дежурной по этажу уточнить, на месте ты или может ушёл куда-то. Сейчас второй раз стучал. Первый стук ты благополучно проигнорировал, как сейчас вижу нагло дрых, — он оглядел меня с головы до ног и добавил: — Давай собирайся, пойдём поужинаем и поговорим заодно, есть о чем.
Я, ещё слегка заторможенный после этого сна, только и подумал про себя «хреново, однако, что я в этом бестелесном состоянии не могу контролировать такие моменты. Остаюсь, по сути, беззащитным, и это очень плохо. Чревато неприятностями, откуда не ждешь».
Приключения попаданца в пионера со стартом в 1968 году и с целью строительства образцово-показательного социалистического государства.
https://author.today/work/251220
Вроде и антураж ресторана похож на тот, в котором мы были после смерти мамы, и водка такая же холодная, да и закусь похожая, но почему-то атмосфера этого ужина была совсем не душевной. Мне все время казалось, что брат как-то оценивающе ко мне присматривался, да и разговор он затеял непонятный. Переливал из пустого в порожнее, будто пытаясь зомбировать меня и вбить мне в голову конкретные мысли.
Сначала он, правда, снова пожаловался, что якобы из-за меня такой шорох начался, что и поспать спокойно некогда. Расследование только набирало обороты, и конца-края ему не было видно. По его словам, уже пострадали такие шишки, что и подумать страшно, а что будет дальше, так и вовсе непонятно.
После этого своеобразного вступления он снова начал втирать, чтобы, если спросят про формирование роты, отвечал, что действовал по приказу и никак иначе.
В общем, большую часть совместного ужина разговор был, можно сказать, беспредметным. И только ближе к концу посиделок брат разродился намёком, что, возможно, моё подразделение будет переориентировано на совершенно другой вид деятельности, но это не точно.
Заинтриговал он меня этими намёками без конкретики, ведь этот вопрос для меня на самом деле важный. Одно дело — охранять какие-нибудь склады, и другое, если привлекут роту к охране заключённых или ещё куда. Совсем он меня этим не обрадовал, если не сказать хуже.
Уже расставаясь, он хлопнул меня по плечу и произнес:
— Не хотел говорить раньше времени, но не удержался. Награждать тебя будут завтра в Кремле, с утра жди посыльного с оповещением. Одобрили орден Красного Знамени и повышение в звании, так что уже можешь порадоваться. Поэтому заранее поздравляю, братишка, я рад за тебя.
Я поблагодарил его в ответ, но вот почему-то сегодня чувствовалось, что брат многого не договаривал и, может, даже лукавил, хоть и старался при этом всеми силами показать доброе ко мне отношение. Да и в целом этот ужин оставил неприятное послевкусие, как после просмотра плохого спектакля. Учитывая, что я не почувствовал искренности и в словах поздравления, стоило задуматься, так ли все на самом деле гладко в наших с ним отношениях.
Спать я ложился с напрочь испорченным настроением. В голову лезла всякая хрень чуть ли не о мировом заговоре против меня и другая подобная лабуда. Наверное, поэтому и кошмары снились всю ночь непонятные. Сон я не запомнил, но точно знал, что он не был хорошим.
Из-за этого я проснулся утром не в самом лучшем расположении духа.
Посыльный с уведомлением о награждении и пропуском на территорию Кремля прибыл, как и предсказывал брат, уже к восьми часам утра. Само награждение было запланировано почему-то на вечер, и у меня снова образовался свободный день, который я в принципе не знал, чем занять.
