Правда, направление движения мы менять не стали. На границе работы моей способности я обнаружил преследователей, несколько мотоциклов, ведущих по нашим следам. Возможно, за гранью видимости есть и ещё какая-то погоня, фиг его знает. Но, не будучи уверенным, что не оторвались от преследования, сворачивать куда-либо бессмысленно. Поэтому и катили в выбранном направлении ещё километров двадцать до небольшой речушки с деревянным мостом. Здесь я и устроил засаду на двух бронетранспортерах, пропустив мимо нашу колонну, и велев двигаться, никуда не сворачивая с дороги. Скорость, при этом убавить, практически до минимума.
Долго ждать преследователей не пришлось. Довольно скоро к мосту выехали сразу пять мотоциклов с колясками, несущими на себе по пулемету с тремя пассажирами.
Задействовать крупнокалиберные пулеметы для уничтожения этих преследователей не пришлось. Два отделения мотострелков, имеющих на вооружении четыре пулемёта и столько же снайперских винтовок, не считая автоматов, это неминуемая смерть для подобных подразделений немцев.
Минута плотного огня почти в упор, и проблема была решена надежно. При этом ещё и пара мотоциклов осталась целыми и вполне работоспособными.
Бойцы по-быстрому покидали в коляски этих мотоциклов трофеи, разлили на мосту канистру бензина и подожгли.
Догонять сразу после этого нашу колонну мы не торопились, отъехали метров на восемь за небольшой пригород, и я велел остановиться. Было интересно, есть ли ещё желающие нас догнать, или немцы обошлись одними мотоциклистами. В одном из этих мотоциклов, кстати сказать, мы обнаружили ранец с радиостанцией, поэтому о том, что этот их небольшой отряд уничтожен, узнают очень быстро. Достаточно мотоциклистам в обозначенное время не выйти на связь, чтобы все стало ясно.
Погоня была, да ещё какая. Я насчитал два десятка грузовиков, битком набитых солдатами, четыре бронетранспортера и десять танков, правда лёгких двоек.
На миг мелькнула мысль, что нам такой противник вполне по силам и можно было бы встретить эту погоню, устроив засаду. Но, глядя на то, что немцы даже не пытаются тушить бодро полыхающий мост, я решил отказаться от этой затеи.
Пока они найдут объезд и встанут на наш след, мы успеем затеряться, поэтому и смысла в боестолкновении особого нет.
Немцы, действительно, всерьёз озадачились нашими поисками, и похоже, правда подняли на ноги если не все части, из имеющихся в наличии на оккупированных территориях Белоруссии, то большую их часть точно. Как-то я даже не ожидал от них подобной активности ночью.
Мы после устроенной засады довольно скоро сменили направление движения и уже через час выскочили на дорогу, ведущую в нужном нам направлении. Правда, двигаться по этой дороге также быстро, как раньше, не получилось Два раза пришлось искать обьезды, чтобы миновать новые пост, появившиеся на этом пути, и один раз переждали на опушке леса, пока мимо пройдёт встречная колонна.
Как бы там ни было, а добраться до нашего лесного массива, намотав при этом приличный километраж, еа удалось до наступления светлого времени суток. Я при этом находился действительно на последнем издыхании. Как-то раньше мне ещё не приходилось настолько много и часто пользоваться своей способностью, вот и сказались последствия.
Броню покинул с трудом, до своей палатки добирался на автопилоте, даже не став слушать доклад начштаба, пытавшегося что-то донести до меня. Вырубился, как свет выключили.
Спал до часов двух дня и в этот раз проснулся сам. Как выяснилось, чуть позже начштаба, видя моё состояние, запретил меня тревожить, хоть и стоило это сделать.
Просто за время моего отсутствия здесь скопилось уйма новостей, требующих моего непосредственного участия.
Кухлянских, когда начал рассказывать, даже не смог сдержать своего возмущения, и в несвойственной ему манере высказывался очень экспрессивно:
— Командир, они там думают, что мы действительно всесильны и подрабатываем богами войны? То, что они хотят, и армии не под силу. Не то, что нашему, теперь уже не полному батальону. Складывается впечатление, что от нас таким способом хотят побыстрее избавиться.
Возмущался начштаба не зря, и я с ним полностью согласен. Отдать подобный приказ мог только неадекват или откровенный вредитель, и я, поначалу узнав, от кого пришла радиограмма, хотел даже обидеться на Цанаву. Но, как оказалось, подписан приказ Павловым, просто доведен он с помощью Цанавы.
Так-то я не подчиняюсь этому человеку, и даже ведомство у меня другое. Но тот момент, что передали мне этот приказ именно через Цанаву, все портил. При желании, в дальнейшем мне запросто можно предъявить, что я не выполнил поставленную задачу, ну, или даже не попытался её выполнить.
Приказали мне не много — не мало, а взорвать все мосты, расположенные в районе Бреста, а также уничтожить понтонные переправы, наведенные в тех краях. Притом, приколола формулировка: «Выдвинуться силами вверенного подразделения в заданный район и атаковать перечисленные объекты…»
