Вот тоже странность, не положено иметь во взводе сразу двух командиров среднего звена. Но стоило только обозначить командиру батальона, что желательно в заместителях иметь целого лейтенанта, как вопрос с переводом решился будто по мановению волшебной палочки, быстро и без проблем. Лейтенант, между тем, спросил:
— Что случилось, командир? Что-то из ряда вон, что ты так задумался?
— Случилось, сейчас расскажу, и вы задумаетесь. Перед нами поставлена задача по-тихому расчистить путь и вывести из крепости остатки гарнизона, а перед этим разжиться техникой, необходимой в достаточном количестве для вывоза всех раненых.
— Ни фига себе, задачки, — даже присвистнул Шевелев и добавил:
— Интересно, нагло и неожиданно, а значит, может получиться. Мы тут, командир, покрутились по округе, пока тебя не было, и вокруг крепости осмотрелись. Я это к тому, что есть кое-какие идеи, как и задание выполнить, и малость немцам нагадить, при этом упростив себе задачу.
— Ну, рассказывай тогда, что надумали, — с интересом уставившись на друга, предложил Горожанкин. Тот прокашлялся и начал говорить:
— Мы, конечно, о выводе гарнизона из западни не думали. А вот о помощи людям, сидящим в осаде, планы кое-какие накидали. Не то, чтобы это изменит ситуацию в крепости, но немного облегчить жизнь осажденным должно. В общем, есть все шансы рвануть два моста, расположенные на виду у крепости. Заряды, заложенные нашими ещё до начала войны, немцы снять не могли при всем желании. Вот и появилась у нас идея протащить по воде провод с электродетонаторами, воткнуть это в заложенные заряды и рвануть на фиг эти мосты. Мы даже место для подрывника подыскали с нормальными путями отхода.
— Подожди, а каким образом подняться на опоры к этим зарядам на виду у немцев? Провода в воде наверняка коротнут, а использовать бикфордов шнур — это посылать человека на смерть.
— С проводами все будет нормально. Есть у нас пара катушек с путевой изоляцией. У немцев взяли, пока тебя не было. Ты не беспокойся, чисто сработали под окруженцев. Что касаемо того, как подняться на опору, тоже все решаемо. Есть там места, которые остаются в тени, даже когда ракеты взлетают.
— Идея со взрывами неплохая, только мало чем поможет с основной задачей, — задумчиво произнес Горожанкин.
На это Змей тут же ответил:
— Не скажи командир. Под шумок во время проведения диверсии можно попробовать проникнуть в крепость и предупредить наших о прорыве следующей ночью. Им ведь там тоже подготовиться нужно. Сам пойду, я даже место знаю, где можно будет пройти.
— Хорошо, допустим, что у нас получится и мосты рвануть, и в крепость проникнуть. Как будем решать вопрос с транспортом и заменой немецкого оцепления на свое?
— С грузовиками проблем не будет. Мы присмотрели место, где немцы собирают нашу уцелевшую технику. Там, кстати, не только грузовики можно взять, но и танки с бронетранспортерами тоже. А вот с заменой оцепления, правда, будет непросто. Уже потому, что людей у нас маловато на выполнение всех задач сразу. При замене оцепления нужен весь личный состав взвода, чтобы сделать все быстро и желательно одновременно, а ведь ещё кому-то и технику надо захватывать, — развернуто ответил змей и задумчиво добавил:
— Хоть бери да на танках брешь пробивай.
При этих словах Горожанкин хмыкнул и произнес:
— А ведь может и есть смысл работать не тихо, а наоборот, с огоньком. Я, возвращаясь обратно, не особо далеко от нас видел лагерь с нашими военнопленными. Их там несколько тысяч, тут же рядом есть склады, на которых можно вооружить чуть ли не дивизию…
Совещание продолжалось очень долго и закончилось принятием очень неожиданного плана действий, в первую очередь, для самих совещающихся…
Я не зря обмолвился, что из леса мы уходили тремя колоннами, направляясь в разные стороны.
Первая колонна, возглавляемая Борисовым, уходила в район Барановичей на очередную нашу базу, с которой в перспективе предполагалось работать на подготовленной заблаговременно местности. В составе этой колонны уходили все наши, так называемые, небоевые подразделения. Ремонтники, особисты, основная масса связистов, часть саперов, в общем все, не задействованные непосредственно в боевой работе. С этой же колонной мы отправили и всех наших раненых.
Вторую колонну повёл Кухлянских, и она состояла по большей части из саперов. В усиление этого подразделения я смог выделить только два отделения мотострелков, взвод снайперов и половину батареи минометов.
Как я не изгалялся и не напрягал мозги, а не получалось у меня решить намеченные дела силами только двух мотострелковых рот за одну ночь. Поэтому и пришлось искать замену роте Остапенко, прекратившей свое существование. Собственно, этот вариант решения проблемы предложил начштаба, который и взялся воплотить свою же задумку в жизнь.
