«Вестсайд» был очень популярен среди командировочных, особенно когда туда завозили новую партию фирменных джинсов или рубашек, естественно, сшитых в Индии. И Лиза любила иногда после работы пройтись там по этажам.
В заштатном универсаме больше всех повезло Генычу, он нагрузил целую авоську пива, да еще со скидкой. А пиво в городе продается далеко не во всех продуктовых магазинах. Томилину же пришлось сдавать свои рубашки в срочную стирку в отеле, хотя почти все командировочные, ради экономии, пользовались приемным пунктом на соседней улице, который отправлял вещи в стирку на Дхоби Гхат.
Переговоры проходили в современном дорогом отеле, где жили представители российской стороны, которые вели деловую часть контрактов. Это событие вносило хоть какое-то разнообразие в рабочую монотонность. Давно уж надоел цех, столько трудов было потрачено, чтобы овладеть профессией, и вот тебе – сиди месяц за месяцем на табуретке и кричи: «Куда пошел? Чего понес?» Перспектива встряхнуться на переговорах радовала. Да и собрание индийских офицеров довольно интересное мероприятие. Особенно Лизу забавляло их отношение к начальству, в присутствии которого они всегда подтягивались и, кивая головами в такт мнению начальства, активно выражали свой «одобрямс».
Еще в России все заметили, что дистанция между офицерами и капитаном корабля огромна. Капитан, например, не мог ездить в офицерском автобусе – только в отдельной машине. Из-за этого иногда случались казусы. На закрытые территории допускался только специальный транспорт, а такси, в котором иногда прибывал капитан, ввиду отсутствия по какой-либо причине приписанной ему машины, не пропускали. Выйти из такси и пройти пешком проходную – по этикету тоже не полагалось.
Когда Лиза вошла в аудиторию с круглым столом, похожую на банкетный зал, ее взгляд, как прожектором, сразу выхватил кэптена Сагми Шарва. Он подошел поздороваться и галантно (и в то же время язвительно) отметил, что бирюзовое сари, которое было надето на Лизе, ей очень к лицу. Держался он расслабленно, шутил, чем создавал доброжелательную атмосферу, и всем это нравилось. Другие офицеры обычно соглашались с его высказываниями и замечаниями, кивая головой. А некоторые просто смотрели ему в рот.
Когда все пошли в ресторан на обед, Сагми немного задержал Лизу, и они пришли чуть позже. Официант усадил их вместе за отдельный столик. Лиза сразу внутренне собралась. Сагми улыбался и невзначай переговаривался с другими столами – царил, как обычно, в офицерском сообществе. И только, когда зал почти опустел, а они засиделись с десертом, он, фальшиво улыбаясь, разразился поучительной речью:
– Лиза, пойми, – начал он доброжелательно, почти что ласково, – у нас, когда мужчина создает семью, он отвечает за всех родственников, нуждающихся в помощи, среди них могут быть и безработные, и увечные, и дети, которым надо дать образование. Многие из них просто не могут жить самостоятельно.
– Как брат Вихана? – спросила Лиза с наигранной наивностью.
Она еще хотела добавить: «Бездельник, за которого твоя родственница собирается замуж», но это было бы совсем не по-индийски, просто хамство.
– Это не так, Лиза, – насторожился Сагми, – Надо понимать, что человек, рожденный в семье брамина, не может мыть полы в отеле. Он должен получить должность.
– С английскими лордами и пэрами, наверное, проще, чем с вашими браминами. Я скоро уеду, – она закончила с десертом и встала из-за стола.
– Ты должна отговорить его от развода, очень прошу тебя, – Сагми внутри злился, может даже негодовал, но глядел по-дружески, доброжелательно. – Я уверен, у тебя все сложится. Ты очень красивая.
– У меня на родине принято говорить: «Я никому ничего не должна», вы уж тут как-нибудь сами, – бросила на ходу Лиза.
«Этот город – просто кипящий котел, – думала она, – затишье здесь только кажущееся. Чем больше людей на одном квадратном километре, тем, наверное, важнее для них принадлежать к тому или иному клану, собственно, как и везде на Востоке».
Переговоры шли два дня, а когда закончились, Томилин подошел к Лизе.
– Нам за ударный труд дают три дня выходных, – сказал он, – собирается компания, едем в Гоа. Ты поедешь с нами?
Минимум один из этих дней Лиза могла бы провести с Виханом, но она выбрала Гоа. Уже скоро домой, хотелось отдохнуть у моря, покупаться. Что-то за последнее время изменилось, она все чаще стала вспоминать свой дом, потянуло в Коломенский переулок, где ее ждала отремонтированная квартира, потому что, уезжая, она заключила договор на ремонт. Светка приглядывала за рабочими. «Светка – просто золото, надо купить ей кольцо с изумрудом», – подумала Лиза. А подруга писала, что квартиру не узнать – гостиная объединена с кухней, а спальня отделана в пастельных тонах. И даже по счастливому стечению обстоятельств в подъезде поменяли дверь. И еще она писала, что Федор ждет Лизу и надеется быть ей, как минимум, другом.
Хотелось с кем-то поговорить, и Лиза села строчить письмо Светке.
