Гадалка жила в обычном деревянном доме. На дворе возился какой-то мужик, видимо, муж.
- Я к Зое.
- В дом проходи.
Елена Павловна с интересом оглядывалась: простая изба с русской печью и занавеской через всю комнату, вдоль стен – лавки, на полу - самотканые дорожки. Посреди комнаты - обеденный стол, накрытый цветастой плюшевой скатертью. На столе - потрёпанная карточная колода. За столом - цыганка. Молодая, тридцати ещё нет - определила на глаз Ракитина.
- Садись.
Елена Павловна, не раздеваясь, уселась напротив.
- Руки покажи.
Ракитина положила руки на стол.
- Да не так: ладони покажи, - гадалка слегка дрогнула губами, заметив след от обручального кольца, которое Елена Павловна предусмотрительно спрятала в карман. Потом взяла её легонько за запястья и заговорила, глядя прямо в глаза: - Проживёшь ты долго…
Елена Павловна, пребывавшая в том прекрасном возрасте, про который говорят: баба - ягодка опять, про смерть не думала вовсе, а потому пренебрежительно сморщила точёный носик.
- …но не это тебя заботит.
Елена Павловна поняла, что выдала себя и решила впредь быть внимательнее.
- Работаешь ты с людьми…
- Ну-у, в столовой…
- Я и говорю: люди в столовую ходят, кушают… Не с машинами же…
- А, ну, так-то - да…
Гадалка помедлила, потом отпустила её руки и разложила карты:
- Женщину вижу. Молодая…
«Целых две», - подумала Елена Павловна, но сдержалась: ни одна ресница не дрогнула.
Цыганка выжидательно помолчала и резко сменила тему:
- Квартирный вопрос кого волнует?
- Меня-меня! - Елена Павловна от неожиданности подпрыгнула на стуле, теряя самообладание: они с мужем уже давно ломала голову над тем, как выкрутить Павке отдельное жильё.
- Решится! - кратко и авторитетно заявила цыганка. Елена Павловна радостно выдохнула и расслабилась.
- Спор у тебя…
Елена Павловна сокрушённо покивала.
-…уступишь, потом всё по-твоему будет.
Елена Павловна ухмыльнулась скептически.
- Назови первую букву своего имени и первую букву его имени.
- «Е» и «П», - произнесла Елена Павловна, с лёгким ехидством отметив, что и у сына, и у мужа имена начинаются на одну букву. Интересно, что скажет гадалка.
- Деньги!
- В смысле?
- Где-то рядом с тобой! Удача тебе будет! Только ты сама её не упусти!
Не успела Елена Павловна задуматься, прикидывая свои денежные намётки и перспективы, как цыганка ошарашила её новым предсказанием:
- Будет тебе разговор с Петром.
- А как же?.. Ага, поняла, - и Елена Павловна начала лихорадочно рыться в памяти, перебирая все возможные знакомства. Пётр нашёлся только один - заведующий станцией скорой помощи, где работал сын. Елена обмерла: Павлик сегодня на дежурстве - не дай Бог что! - и, положив на стол заранее заготовленные пятьсот рублей, выскочила на улицу, уже с порога крикнув: - До свидания.
Цыган, по-прежнему возившийся во дворе, пристально глянул ей в глаза - Елену Павловну как огнём обожгло.
На хоздворе столовой среди тарных ящиков копошился дворник Лукич – запойный алкаш, когда-то трудившийся на этом же химкомбинате. Обычно колючий и нелюдимый, сегодня он был настроен благодушно и завёл с Еленой Павловной разговор о скорых праздниках и предстоящих по этому поводу мероприятиях: вечерах, банкетах, дискотеках.
Но голова заведующей была занята совершенно другим: ей хотелось как можно скорее поделиться с Аллочкой впечатлениями, ничего не забыв и не расплескав. Поэтому она переминалась с ноги на ногу, отвечала невпопад и в конце концов свернула разговор, сославшись на срочные дела.
Аллочка уже поджидала её в коридоре:
- Чего это к Вам Лукич примотался? Я из окна видела. Небось, опять подшофе?
- Да, вроде, нет. Я, честно сказать, не заметила - не до него, - Ракитина шла по коридору, на ходу расстёгивая старую мутоновую шубу - специально надела, собираясь к гадалке.
- Вот ведь как бывает, - сокрушалась Аллочка, семеня следом на высоченных каблуках, - Пётр Лукич перспективным работником был, его даже в главные инженеры прочили. А потом отравление, инвалидность. Он и сломался…
Аллочка ещё продолжала что-то говорить, но Елена Павловна вдруг остановилась, и бухгалтерша налетела на неё всеми своими ста килограммами.
- Как, ты говоришь, его зовут?
- Пётр Лукич Калиткин, - Аллочка с удивлением смотрела на вытянувшееся лицо заведующей. - А что?
- А то! - не сдержалась Елена Павловна. - Пошли - расскажу!..
* * *
Дома Елена Павловна без сил рухнула в постель. Потрогав лоб, полезла в прикроватную тумбочку за градусником. Так и есть: тридцать восемь и три!
Неожиданно вспомнился обжигающий цыганский взгляд. Надо бы выпить таблетку, но шевелиться не хотелось. Да и не болело ничего. Просто жар, словно лежишь на печи.
Может, скорую вызвать? Может, это знак? Руки и ноги налились тяжестью, и Елена Павловна медленно погрузилась в сон, как в горячую ванну.
* * *
Проснулась она поздно, абсолютно здоровая, словно ничего и не было. Муж уже ушёл на работу, а сын ещё не вернулся с дежурства. Решила дождаться его прихода, чтоб как-то наладить отношения: входить в новый год с грузом семейной ссоры не хотелось.
Но Павлика всё не было…
