А д ы л о в
Р а х и м д ж а н. Сообщите, что на семь часов назначено торжественное собрание.
А д ы л о в
Нет, еще не начался праздник… Это оркестр репетирует. Да, колхозный оркестр под управлением Хашима Кузыева…
На семь часов назначено собрание. Раньше приедете? Будем встречать!
М а в л о н. Болен еще я.
А д ы л о в. Все еще лежите?
М а в л о н. Малярия…
А д ы л о в. Так, так… Возможно. При малярии рекомендуется лежать. Днем, значит, вы лежите, а по ночам
М а в л о н. Ночью лучше стало. Ходил я…
А д ы л о в. Возможно… Возможно, что и на рисовые поля. Я-то ночью на комсомольских гектарах был.
М а в л о н
А д ы л о в. Поздно… поздно, дорогой Мавлон, ваш совет слышим. Надо было раньше советовать Дехканбаю.
М а в л о н. Не советчик я Дехканбаю. Гвоздь не советует клещам, как его вытащить? Ржавый гвоздь!
А д ы л о в. О гвозде слыхал. Только не о ржавом гвозде шла речь, а о месте вашей бригады в нашем общем строительстве. Неплохое сравнение, без основания вы обиделись. И обиде вашей давно пора бы пройти.
М а в л о н. Не обида это — рана. Оплевали меня. Оплевали — не то слово.
А д ы л о в. Верно: не то слово! Плохое слово. А есть хорошее слово: критика! Справедливая критика — два хороших слова, прислушаться к критике — три хороших слова, делать выводы из критики — вот вам четыре отличных слова.
М а в л о н. Четыре слова. Слыхал уже слова… Слова Дехканбая…
А д ы л о в. А дела его? Видели его дела? Освоит колхоз еще два гектара земли? Видели, освоит… И ваши перелоги… завтра начнет осваивать… Дехканбай…
М а в л о н
А д ы л о в. Болеет бригадир. Малярия! Однажды Дехканбай уже возглавлял вашу бригаду.
М а в л о н
А д ы л о в. Вот что, Мавлон-ака. Когда заболели вы, действительно заболели, я заставил вас лечь в больницу. А теперь выздороветь вам советую. Неужели не видите! Приехали комсомольцы — все вокруг помолодело.
М а в л о н. Все помолодело. Один Мавлон постарел. Не нужен стал Мавлон.
Р а х и м д ж а н. Адылов-ака! Что значит молодежь?! Огонь! Лава! Школу украсили, — все готово! Досрочно готово! Переодеться теперь надо, — гостей в полном параде встретим!
А д ы л о в. Сейчас… Обсудим только, кто знамя примет и ответную речь кто произнесет.
Куда же вы, Мавлон-ака? Ваш совет был бы полезен.
М а в л о н. Дело у меня.
А д ы л о в. Лежать будете?
М а в л о н. На семенной склад мне нужно.
А д ы л о в. Возможно… На обратном пути заходите. Не договорили мы.
Р а х и м д ж а н
А д ы л о в. Не горячитесь, дорогой Рахимджан! Тем более в том, что случилось с Мавлоном, виноваты и мы с вами…
Р а х и м д ж а н
А д ы л о в. Возможно. От критики вы его оберегали…
Р а х и м д ж а н. Больше всех земли всегда поднимал Мавлон! Самых высоких урожаев добился…
А д ы л о в. «Победителей не судят», — так, дорогой Рахимджан?
Р а х и м д ж а н. Зачем такие слова?
А д ы л о в. Победителей можно и нужно судить, можно и нужно критиковать и проверять. Это полезно не только для дела, но и для самих победителей: меньше будет зазнайства, больше будет скромности. А мы — и я и вы! — допускали, чтобы тщеславие Мавлона… зазнайство… вырастали в нем, как помидор в парнике…