Речь идет о сражении между войсками Священной лиги, включавшей в себя Испанию, папское государство и Венецию, против французов. Франция 11 апреля 1512 г. под Равенной наголову разбивает противников, однако теряет своего замечательного, если не гениального полководца Гастона де Фуа, убитого в сражении. Макиавелли все же был пристрастен в оценке ситуации: победу Лиге принесла союзническая армия швейцарцев, которая довольно быстро очистила Италию от французов. Сейм в Мантуе постановляет восстановить Сфорца в Милане и Медичи во Флоренции. В результате швейцарцы устанавливают власть в Милане герцога Массимилиано Сфорца. Немногим позже разгром и погром в Прато[435], городке милях в десяти от Флоренции, вынуждает власти открыть ворота перед Медичи. Иными словами, стратегическая ставка Юлия II на союзников в краткосрочном плане в этом случае полностью оправдалась. Впрочем, для Макиавелли данная тема была откровенно больной, учитывая его роль в неудачной организации обороны Прато.
Макиавелли здесь использует свой излюбленный прием, подкрепляя историческим примером свои тезисы: нельзя доверять могущественному государю, пусть он и состоит с вами в альянсе, нельзя полагаться на союзнические силы, особенно иностранные. Папа Юлий вроде бы все сделал неправильно с политической точки зрения и должен был быть наказан за это. Однако ему очень повезло, что, как утверждает автор, лишний раз доказывает правильность его максим.
Говоря о решении флорентийцев, следует отметить, что у них в ту пору попросту не было другого выхода. Возвращение Пизы было больной темой для города, так что руководство его было готово воспользоваться помощью временных союзников. Что касается последнего упомянутого Макиавелли случая, то речь идет о привычной для Византии стратегии использовать в своих интересах пограничных «варваров». Долгое время она имела успех. Так, в 1090–1091 гг. печенеги дошли до стен Константинополя. Одновременно с юга столице Византии стал угрожать турецкий пират Чаха, который в молодости провел годы при дворе Никифора Ватаниата и даже был пожалован чином. Чаха вошел в союз с печенегами и малоазиатскими сельджуками. В этот момент правивший тогда в Византии Алексей Комнин заключил альянс с половецкими ханами. В результате 29 апреля 1091 года печенеги были разгромлены и истреблены. А ханы Боняк и Тугоркан стали спасителями Византийской империи. В целом же эта линия имела определенный успех, когда Константинополь еще сохранял политическое и экономическое могущество; по мере ослабления государства ставка на временных союзников себя исчерпала, что и видно в данном примере.
