Собственные солдаты Борджиа были, разумеется, наемниками. Принципиальное отличие, которое Макиавелли имеет здесь в виду, состоит в том, что кондотьеры Орсини и Вителли сами вербовали себе подчиненных и с ними являлись на службу к очередному нанимателю. А в последнем случае Чезаре Борджиа лично возглавил нанятых им солдат. Кроме того, на Никколо произвел неизгладимое впечатление смотр, который Чезаре Борджиа устроил в его присутствии своим рекрутам-ополченцам. Их было целых 6 тысяч человек. Здесь, правда, есть нюанс, который меняет очень многое: Чезаре действительно призвал на парад с каждого дома по одному человеку, однако это происходило в Романье, которая традиционно поставляла кондотьерам своих лучших мужчин. Поэтому под главенством Борджиа оказались преимущественно ветераны многих сражений и войн, люди, которых не нужно было учить владению оружием.
Я намеревался не отступать от тех событий, которые происходили в Италии в недавнее время, но сошлюсь еще на пример Гиерона Сиракузского, так как упоминал о нем выше. Став, как сказано, волею сограждан военачальником Сиракуз, он скоро понял, что от наемного войска мало толку, ибо тогдашние кондотьеры были сродни теперешним. И так как он заключил, что их нельзя ни прогнать, ни оставить, то приказал их изрубить и с тех пор опирался только на свое, а не на чужое войско.
Считается, что в данном случае Макиавелли опирается на Полибия[436]. И тут возникает новая загадка. Автор «Государя», насколько известно, пользовался только печатными изданиями. Но до нашего времени не сохранилось ни одного издания шестой главы Полибия, которые были бы напечатаны до смерти Макиавелли. Только первые пять. Публикация шестой главы появилась только в 1549 г., намного позже смерти Никколо[437]
Макиавелли здесь ссылается на следующий исторический эпизод. Избранный правителем Сиракуз во время II Пунической войны Гиерон не хотел вести разорительную войну против господствовавшего в Средиземном море Карфагена, но добился с ним мира. Затем он выступил против мамертинцев в Мессане, которые угрожали Сиракузам и их союзникам. Первый поход Гиерона с наемниками и ополчением в 271 г. закончился поражением на реке Киамосор. Однако ему удалось спасти ополченцев, сознательно пожертвовав наемниками, за что население Сиракуз простило ему проигрыш битвы. Именно этот случай, наверное, и имеет в виду Макиавелли. Однако в дальнейшем военном противостоянии с мамертинцами правитель все же использовал наемников[438]. Вообще Макиавелли как-то назвали артистом, который, на свой лад, использовал примеры, которые «были прекрасными, но без того, чтобы быть правдивыми»[439].
