Мы крепко прижались друг к другу, нуждаясь друг в друге в тот момент больше, чем когда-либо, даже больше, чем после смерти Наоми. Никто из нас не произнес ни слова. Возможно, мы боялись собственных голосов. Так мы и уснули, измученные любовью, гневом и вспышкой похоти, которую я не мог понять.
Должно быть, я выключил свет, прежде чем заснуть. Помню, как проснулся в темноте, холодный и испуганный. Появилось ощущение тяжести, как будто что-то давило мне на грудь, как железная полоса. Лора откатилась от меня, прихватив с собой большую часть одеяла. Я не чувствовал ни тепла, ни веса ее тела рядом со мной. Какой-то голос шептал мне на ухо. Мужской голос, нежный, очень нежный, сладкий, как мед, но самый ненавистный голос, который я когда-либо слышал.
Это вовсе не был сон, хотя поначалу я думал, что мне это снится, что я лишь частично проснулся. Но голос продолжал звучать, проникая в мое сознание так же ясно и отчетливо, как если бы он проходил через мои уши. И все это время давление на мою грудь не прекращалось, душило меня, не давая возможности пошевелиться.
Внезапно голос прекратился. Я услышал в ушах звук, похожий на шипение, а затем ничего. Одновременно с возвращением тишины тяжесть покинула меня. Несколько мгновений я лежал, переводя дыхание, затем повернулся, чтобы разбудить Лору. Под рукой оказались простыни и одеяло, но не моя жена.
— Лора? — Я сел, ощущая внезапное чувство паники. Неуклюже потянулся рукой к лампе, шатаясь и оскальзываясь в темноте. Когда я нажал на выключатель и посмотрел, то увидел, что кровать действительно пуста. Лоры нигде не было видно.
В этот момент я услышал над собой какой-то звук. Звук ног, двигавшихся по чердаку. И вместе с ними что-то еще. Звук тяжелого предмета, который тащили по полу.
Глава 13
Господи, часы остановились. Я завел их вчера, у них нет причин останавливаться сейчас. Конечно, это может ничего не значить. Но в тишине так и витает напряжение. Как бы я хотел покинуть этот дом. Как же я мечтаю уйти.
Я нашел Лору в комнате Наоми. Она играла с кукольным домиком, который мой отец сделал для Наоми. Ей исполнилось три года, и она была слишком мала для такого домика, но он хотел, чтобы домик у нее появился. Отец сделал его по образцу того, который увидел в музее игрушек в Уоллингтон-Холле в Нортумберленде, изменив дизайн оригинала, чтобы его версия представляла собой более или менее точную копию дома, в котором мы жили.
Лора говорила сама с собой низким голосом. По крайней мере, тогда я думал, что ее шепот предназначен для нее самой. Теперь, конечно, понимаю лучше. Шепот предназначался Наоми. И, вполне возможно, Кэролайн и Виктории, хотя не могу быть уверен. Не то чтобы это имело значение сейчас.
Она держала в руках маленьких кукол и с необыкновенной тщательностью расставляла их по комнатам крошечного домика. Наоми уже давно дала куклам имена. Тогда я еще не догадывался, благодаря какому знанию. Чарльз, Лора и Наоми, конечно же. И Кэролайн, и Виктория, обычные имена, ничего не значащие. И доктор и миссис Лиддли, которые заставили нас смеяться. Боже правый, как мы смеялись! Мы удивлялись, откуда она выдумала такие имена.
Я забрал у Лоры кукол и повел ее от маленького домика. Она последовала за мной без протеста, как послушный ребенок, у которого закончилось время игры. Мы вернулись в постель, но до конца ночи никто из нас не спал. С чердака больше не доносилось никаких звуков, и я не сказал Лоре, что слышал их. На полу у туалетного столика в холодном электрическом свете блестели осколки стекла.
На следующее утро Льюис приехал вскоре после девяти часов. Я представил его Лоре. Казалось, не имело смысла продолжать шараду. Я сказал ему, что Лора видела фотографии. Правда, уже позже, когда ее не было в комнате, признался, что некоторые из них я утаил. Тогда он быстро рассказал мне, что сам увидел на снимках, проявленных накануне, речь о которых шла по телефону.
— Они последовали за вами в Египет, — сказал он. — Все они. Включая Наоми. Они, кажется, переходят… из состояния в состояние. Иногда вполне нормальные, какими они были бы при жизни. Иногда такими, какими они стали в момент смерти. Иногда без реальной формы. Как будто они постоянно движутся и ускользают.
