«– Помнишь, на днях Миюки устроила переполох из-за того, что потеряла сережку? «Это же “Булгари”, она стоит сто тысяч иен!» Это выходит за рамки того, что может купить себе студентка на деньги от подработки… Думаю, это было приложение для знакомств».
Над сообщением написано: «Message from Miyuki»[12].
Я со вздохом поворачиваю ключ и глушу двигатель.
За несколько минут, что я стою на круговом перекрестке перед вокзалом, небольшой дождь успевает превратиться в мощный ливень. Пули водяных капель безостановочно отскакивают от капота и крыши; мир по ту сторону лобового стекла искажается, плавится, расплывается, полностью теряя первоначальную форму.
– Дождь пошел. Забери ее с вокзала по дороге домой, – велела мне моя жена Каори минут тридцать назад.
Так получилось, что в тот момент в силу определенных обстоятельств я находился в другом месте, но согласился не раздумывая.
– Что? Зонт? Нет, не нужен, у меня и так полно вещей. К тому же, если что, папа меня встретит. – И Манацу со смехом выбежала из дома.
Прошло всего несколько часов, а кажется, что целая вечность…
Она родилась 5 августа, в разгар лета. Поэтому мы и назвали ее Манацу[13]. Скажете, слишком прямолинейно? Что ж, так и есть. Зато она выросла в общепринятом понимании хорошей девочкой. Такая же искренняя и бодрая, как ее имя. Ученица второго класса старшей школы, она недавно отпраздновала семнадцатилетие. Великодушная и слегка бестолковая, в отличие от своих тревожных и крайне серьезных родителей. Всегда в кругу друзей, вице-президент бадминтонной секции, зампредседателя класса.
– Я всегда вторая, – смеется она.
При этом Манацу – полная моя противоположность. В школе я скорее был интровертом, никогда не занимал хоть сколько-нибудь заметное положение. Круг моих друзей всю жизнь был крайне узок – так сказать, рос не вширь, а вглубь.
…Размышляя об этом, я смотрю на свою левую руку, лежащую на руле. К внутреннему сгибу локтя приклеен белый квадратик пластыря в несколько сантиметров.
Что мне делать?..
Нет, не так. Что я должен делать?
Я мысленно переношусь на две недели назад.
В тот день после полудня я получил письмо.
С этого все и началось.
Две недели назад, суббота, семь утра.
Несмотря на летние каникулы, Манацу каждое утро убегает на тренировку и сейчас завтракает перед телевизором. Моя жена Каори в кухонном фартуке ходит туда-сюда между кухней и обеденным столом. Ну, а я сонно потягиваю кофе, глядя в утреннюю газету.
– Ну разве не ужас? – Манацу кивает в сторону телевизора. Изо рта у нее торчит кусок тоста.
Привлеченный ее репликой, я отрываюсь от газеты и смотрю на экран. Там показывают последние новости о том самом деле.
«В связи с обнаружением новых улик расследование может возобновиться».
– Бедняга провел в тюрьме пятнадцать лет, – хмурит брови Манацу.
Это был очередной сюжет о серийном похищении и убийстве детей, некогда потрясших весь город.
Впервые об этом деле заговорили пятнадцать лет назад, в конце августа. История началась с того, что было найдено сильно обезображенное тело одной из девочек, которые пропадали в разных районах Токио на протяжении нескольких месяцев. Преступник, казалось, насмехался над полицией, бросившей все силы на его поиски, – одно за другим были найдены тела остальных девочек. Всего пять жертв. Пять младшеклассниц, чье блистательное будущее, полное мечтаний и надежд, перечеркнула рука зверя.
Излишне говорить, что общественность была потрясена беспрецедентной жестокостью этих убийств.
Я, на тот момент отец двухлетней дочери, тоже не смог остаться равнодушным. Каждый день я в ужасе думал: что, если это случится с Манацу? И хотя в силу возраста она не попадала под портрет потенциальных жертв, я помню, как тревожился во время прогулок, ни на секунду не сводя с нее глаз. Поэтому, когда вскоре преступник был арестован и приговорен к смертной казни, я почувствовал облегчение и вроде бы даже напился.
Арестованным оказался Ходзодзи Юсукэ, на тот момент ему было 27 лет. Больше всего, пожалуй, всех шокировало то, что он оказался сотрудником престижной корпорации. Выпускник лучшего государственного вуза, сразу после выпуска устроился в крупную компанию по производству продуктов питания. Прекрасные рекомендации с работы, счастливый брак – в общем, классический «хороший парень». Как могло такое случиться?
Как обычно бывает в таких случаях, семью осадили толпы журналистов, но жена успела сбежать из города. Говорят, уехала ночью. Видимо, заранее предчувствовала, какая буря ее ждет. Мать была экстренно госпитализирована с тяжелым стрессовым расстройством. Поговаривали, что младший брат, лишившийся из-за этой ситуации работы и семьи, в отчаянии свел счеты с жизнью. И вот теперь появилась вероятность повторного судебного разбирательства… Что, если окажется, что обвинение было ложным? Какой печальный конец!
– А смотрите-ка, преступник на фото, где он молодой, немного похож на папу!
Манацу беззаботно рассмеялась. Каори, вытиравшая стол, прервала свое занятие и выгнула бровь.
– Даже в шутку не смей такое говорить!
