Комната правды полностью

Когда на следующий день я рассказал об этом девочкам, они обменялись короткими многозначительными взглядами, после чего Ринко спросила:

– Ты случайно не говорил в последнее время маме с папой, что хочешь брата или сестру?

Когда я с непонимающим видом уставился на них, Сатэцу быстро объяснил:

– Похоже, это вранье, что детей приносят аисты.

– Важно, чтобы в следующий раз у нас все получилось, – сменил я тему, чтобы избавиться от неловкости и раздражения.

– Верно, – согласилась позади меня Ру. – В следующий раз обязательно!

Мы говорили о неудачной попытке построить плот. То ли под весом груза, то ли не выдержав удара волн, плот вместе с водруженными на него мечтами развалился через десять секунд после отплытия.

– В следующий раз, говоришь? Да ты, Ру, вообще только наблюдала! – тут же пожаловался Сатэцу.

– Девочкам нельзя поднимать тяжести.

– Кажется, это называется дискриминацией наоборот.

Болтая, как обычно, мы почти уже въехали в поселок, когда кое-что произошло.

– Эй, ребята! Стойте, стойте!

Навстречу нам бежал взволнованный мужчина – худощавый, с розовым ирокезом. Сразу было понятно, что он не с острова.

– Наконец-то я нашел!

«Похоже, он не в себе», – машинально подумал я, но, поддавшись его странному напору, невольно нажал на тормоз.

– Сфотографируетесь со мной? На память, – попросил мужчина, переключая смартфон, который держал в руке, на фронтальную камеру и поднося к лицу.

Я переглянулся с Сатэцу, который стоял рядом.

– Да можно, в принципе.

Сатэцу, казалось, засомневался на мгновение, но встал рядом с мужчиной и показал в камеру знак мира. «Не знаю, зачем это надо, но ладно. Похоже, опасности нет», – решил я и как раз собирался тоже встать перед экраном, когда Ру внезапно закричала:

– Ребята, нет! Бежим!

С этими словами она резко сорвалась на велосипеде с места. Ринко стала быстро ее догонять.

– Подожди!

Мы с Сатэцу снова ошеломленно переглянулись и, почувствовав неладное, со словами «ну, и мы пойдем» быстро уехали.

– Эй, стойте! Подождите!

Я продолжал лихорадочно крутить педали, еще долго ощущая за спиной присутствие мужчины.

– …И вот теперь его показали в новостях. Это точно не другой человек. Я бы ни с кем не перепутал его розовый ирокез.

На этом Время отчета закончилось. Про секс я намеренно умолчал, но, думаю, это не проблема.

Выслушав до конца мою историю, мать какое-то время молчала. Она хмурилась, но в ее лице не читалось сомнение. Скорее было ощущение, что она уже точно решила, что мне скажет, и просто размышляет, как это лучше выразить. «Интересно, что происходит?» Мое беспокойство нарастало.

Наконец мать нарушила молчание и произнесла нечто неожиданное:

– Думаю, тебе стоит пересмотреть свою дружбу с Ринко.

– А? Почему?

– Я согласна с Ру. Мы не для того приехали на этот остров, чтобы тратить время на просмотр тупых роликов. Пожалуй, мне стоит поговорить об этом с мамой Ринко.

Что-то тут не так. Мне никогда раньше такого не говорили. Наоборот, мать всегда повторяла: «Цени друзей, потому что друзья с острова останутся с тобой на всю жизнь». И вдруг такое! Все перевернулось из-за какого-то ролика на «Ютьюбе»…

Однако впереди меня ожидали еще более странные события.

С того дня островитяне все как один стали относиться к нам холодно. И дядюшка Сибата, который всегда угощал меня овощами, и бабуля Цуру из кондитерской. Нет, они не смотрели на нас с презрением и не повышали голос. Но ситуация явно изменилась. Этого не заметил бы разве что младенец. Хотя жители острова делали вид, что ведут себя как обычно, было похоже, что в глубине души они думают: «Лучше не связываться с этими детьми». Но самое невероятное то, что в их числе оказалась и Ринко – вместе с другими жителями острова она тоже отдалилась от нас.

С того дня все и началось.

Что-то нарушилось, и наша повседневная жизнь пошла наперекосяк.

6:46

– Так или иначе, но с того дня все изменилось. Удивительно, не правда ли? – продолжаю я в камеру.

Человек, убитый в тот день у станции «Нагасаки», оказался довольно известным блогером, публиковавшим скандальные ролики на канале «Синдром отмены». Убийство произошло около семи вечера. Последний паром из Моммэдзимы в порт Нагасаки отправляется в пять, поэтому после встречи с нами мужчина, должно быть, сразу же вернулся в город, где его и зарезали.

– Все-таки ютьюберы – проблемный народ.

Конечно, дело редко доходит до убийства, но их то и дело привлекают к ответственности за имущественный ущерб и клевету. Даже не нарушая закон, они могут попасть в эпицентр скандала из-за неподобающего поведения, а пранки нередко оказываются фейками. В результате ютьюбер теряет популярность.

И все равно, они мне очень нравились.

«– А хотите, станем ютьюберами?»