Селлерс не смог удержаться от вопроса о том – хотя это и не имело прямого отношения к расследованию, – насколько здоровыми были отношения Даффи с дочерьми и зятьями до того, как Лори Натрасс открыл глаза общественности на ее профессиональную непорядочность.
– Обычные были отношения, – с сомнением в голосе произнесла Имоджен. – До того, как начался этот кошмар, мы были нормальной семьей.
Селлерс не смел даже в мыслях допустить, что когда-нибудь его собственные дети скажут о нем, что он-де бессердечный, или не пожелают даже разговаривать с ним. Неужели Стейси, если он уйдет от них, настроит Харрисона и Бетани против него?
Сьюки – женщина, с которой он почти десять лет тайком встречался за спиной Стейси, – считала, что так и будет. Она вечно твердила это, и в конце концов он ей поверил. Она говорила о Стейси так, будто знала ее лучше, чем он, хотя они никогда не встречались.
Впрочем, Сьюки не требовала, чтобы он перебрался к ней. Ей хватило одного раза, и больше не хотелось. «Так ты не потеряешь ни меня, ни своих детей», – говорила она. От Сьюки Селлерс устал не меньше, чем от Стейси. В обмен за ночку с Тэмсин Уоддингтон он бы послал обеих куда подальше. Да что там, даже за один час…
– Вы слышали, что я сказала?
– Простите.
– Я понимаю, вы мужчина, но не могли бы вы слушать, что я вам говорю?
Селлерс рискнул улыбнуться.
– Из вас вышел бы хороший следователь, – грубо польстил он.
– В нежелании Лори Натрасса нормально общаться нет ничего подозрительного, – заявила Тэмсин. – Скажи он Флисс: «Как интересно, я получил точно такую же карточку с такими же шестнадцатью цифрами, только несколько недель назад», – вот это, да, было бы подозрительно. Однажды он спросил у меня: «Где кофе, который я просил принести мне?» через три секунды после того, как я подала ему кружку. Я указала на кружку в его правой руке. И тогда он сказал: «Так это ты принесла?» С этими словами он выронил кружку, и мне пришлось снова готовить ему кофе.
Селлерса это не убедило. Натрасс умолчал о полученной им карточке с шестнадцатью цифрами и в разговоре с Флисс Бенсон, и с Уотерхаусом по телефону. Он наверняка уже знал, что карточка важна, раз о ней его спросил полицейский. Уотерхаус поинтересовался у него, не получал ли он в последнее время необычных писем, простых или по электронной почте. Натрасс ушел от ответа на этот вопрос. Он описал карточку, полученную Флисс Бенсон, но ни слова не сказал о той, которую получил сам. Разве так ведет себя невиновный человек?
– Мне тревожно за Флисс. – Надменный тон Тэмсин предполагал, что Селлерс должен разделять ее тревогу. – Сегодня утром я прочла в газете… Как вы думаете, почему я позвонила в полицию? Я в курсе, что такая же карточка, как и те, что получили по почте Лори и Флисс, была обнаружена на теле убитой Хелен Ярдли. Я также знаю, что на Сару Джаггард напали и нападавший, прежде чем скрыться, сунул ей в карман точно такую же. Хотя, по-моему, это полная бессмыслица.
Тэмсин нахмурила лоб.
– Что именно?
– Хелен Ярдли и Сара Джаггард. Сначала преступник напал на них, а затем оставил карточку. Флисс и Лори получили свои карточки по почте, но на них никто не нападал. Может, этот тип и не собирается на них нападать, ведь в противном случае он давно бы это сделал, не так ли?
– Флисс не в лучшей форме, – сказала Тэмсин. – Думаю, она напугана, хотя и настаивает, что это не так. Я же почти уверена, что она что-то недоговаривает, и это как-то связано с карточкой. С цифрами. Сегодня утром она куда-то скрылась, не сказав ни мне, ни Джо ни слова о том, куда собралась. Я понятия не имею, где она сейчас находится. И…
– И? – подсказал Селлерс.
– Она пообещала детективу, который с ней разговаривал, прекратить работу над фильмом. Но она не послушалась. Ну вот, похоже, я ее выдала, – не без гордости заявила Тэмсин. – Ради ее же собственной безопасности я готова стать доносчицей. Вчера она встречалась с Рейчел Хайнс.
– Где?
– В доме ее родителей, я думаю.
– Родителей мисс Бенсон?
– Нет, родителей Рейчел.
Селлерс закусил нижнюю губу. Дело дрянь. Уотерхаус наверняка разъярится.
– Вы правильно сделали, рассказав мне, – улыбнулся он. Тэмсин улыбнулась в ответ.
