Коротать ночь в ОВД в обществе друзей, на самом деле, достаточно весело. Дачку оставшиеся на воле нам загнали нормальную, так что мы были сыты. Единственный минус — спальные места. Вообще-то в обезьяннике людей всю ночь не держат, но, как вы поняли, понятие «по закону» в этот день не работало. Лечь в клетке могут от силы четверо, посему мы решили развлекать себя всеми доступными способами. К сожалению, игру в оказавшиеся у кого-то с собой карты мусора все же пресекли. Не беда, поиграли в города. Ближе к ночи в отделе появились довольно типичные для него задержанные — представительницы древнейшей профессии. Две вульгарные девушки явно были здесь не в первый раз. Их посадили недалеко от несовершеннолетних (что насчет этого говорит закон, я не знаю). Подружки зачем-то начали глумиться над пытавшимся уснуть на стульях в нелепой позе Кудрявым, называя его гимнастом. Впрочем, скоро менты увели их куда-то вглубь ОВД, и больше мы не видели ни тех, ни других. Бегемот бы, конечно, домыслил. Разговоры текли рекой, между делом я спросил молчаливого Саню, в курсе ли его родные, где он. «Нет», — ответил Саша. Я задал еще один логичный вопрос, волнуются ли они. «Эээ…» — задумался Саша и вдруг подскочил. — «А где телефон?». Но времени было уже около трех, право на звонок в такое время не работает, и позаботиться о подобных вещах надо было, мягко скажем, пораньше. Пообщались мы и с Сергеем из КЕД. Мир оказался крайне тесен: он был сценаристом популярного тогда шоу «Окна» и автором выпуска, в котором снялся любивший подобные подработки Тима. А 15 лет спустя в левое движение пришел уже сын Сергея. Народ клонило в сон, но заснуть было технически сложно. Не дремал лишь Петр Алексеевич, тщательно и неустанно пресекавший любую вербальную непотребщину.
А совсем под утро состоялся бенефис Руслана Мусина. Естественно, он не мог упустить случай в очередной раз идейно атаковать Удальцова. На сей раз предметом критики стала всем известная любовь Сереги к творчеству «Гражданской Обороны».
«Сергей, ведь ты же любишь Летова? А он ведь так ноет: "Стааалин кучу народа побил! Лееенин в Мавзолее вонял!"» — неточно процитировал Руслан песню «И снова темно», видимо, недавно услышанную и сильно задевшую его чувства. «Тебе ведь это нравится, да, Серега?» — не унимался он. К счастью, подавляющее большинство сидельцев к Летову относились крайне положительно, и нам удалось, если не переубедить Мусина, то заставить его сменить пластинку. Пропев еще пару раз про побившего кучу народа Сталина, он обрушился с резкой критикой на нашу газету «Контрольный выстрел», причем не на собственно газету и ее содержание, а непосредственно на название.
«Что за выстрел? Это же бандитский выстрел! Где классовая сущность?» — вопрошал Руслан в ночи.
«А мне название нравится, потому что там есть оружие! А оружие это всегда правильно и хорошо!» — неожиданно брутально встряла в разговор Басистова.
«Руслан, ну, а как бы ты назвал газету?» — поинтересовался Цезарь.
«Конечно же, "Священный Ильич". Название — вещь важная!» — с видом эксперта ответил Руслан. — «Между прочим, когда ребенок ест конфету "Красный Октябрь", он сразу думает о революции!».
Уж не знаю, откуда у него такие сведения, но стены отдела зашатались от смеха. Дальше было еще что-то про Брежнева, но на этом моменте мне удалось ненадолго задремать.
С утра мы понаблюдали за нелепейшей гимнастикой в исполнении Петра Алексеевича и Сани Харитонова, а потом нас отвезли-таки в суд, где оказалось, что мы обвиняемся в нарушении аж двух статей административного кодекса. Первая — традиционный и, объективно, имевший место быть «несанкционированный пикет», а вот вторая… неожиданная «нецензурная брань». Надо было видеть лицо Петра Алексеевича в этот момент! Его буйству просто не было предела. В итоге нам все же выписали по 500 рублей за пикет, а заседание по матерщине перенесли. Замечу, что вообще-то обе статьи не являются арестными, а значит по закону… Конечно, нас продержали под арестом по беспределу. Видимо, был приказ сверху. Но все это ерунда, государева месть часто достигает гораздо больших масштабов.
После суда я и еще несколько товарищей нашли в себе силы посетить с агитацией промежуточный митинг КПРФ против отмены льгот. После вчерашней осады путинского логова это было все равно, что пить «свиноградный день» после элитного коньяка. Поглядев с ироничной улыбкой на парламентских болтунов на трибуне, мы поехали отдыхать. Впереди было 2‑е августа, на которое было назначено второе чтение по пресловутому законопроекту.
