– У нас в классе есть очень красивая девушка. Как принцесса. Ее несколько раз приглашали в развлекательные агентства, но она отказывалась. Все без исключения считали ее привлекательной. Высокая, еще и учится хорошо. Оттого и любима всеми. Однако Хэрок сказал, что ему больше нравлюсь я.
Следователь ничего не ответила, молча выслушав. Поэтому захотелось рассказать еще немного. О нас с тобой.
Ты первый, кто сказал, что я всегда красива. Смотрел так, словно ничего прекраснее в жизни не видел и это сводило тебя с ума.
– Мне впервые кто-то так сильно нравится. Правда.
Помнишь день, когда мы впервые взялись за руки? Не страшно, если нет. Тогда не было ничего особенного: ни романтики, ни располагающей атмосферы. Проходя мимо, ты просто сплел наши руки так же естественно, как если бы мы пересеклись взглядами.
У меня закололо кончики пальцев. Тебе стоило лишь улыбнуться, чтобы мир вокруг стал ярче. Тогда я четко осознала – ты станешь для меня всем.
– А почему ты не красишься, как другие девочки? – спросил ты однажды.
– Что?
– Они красятся, завивают волосы и всякое такое.
Я растерялась. Все твои бывшие всегда прихорашивались, и ты словно не хотел, чтобы я следовала их примеру.
Во мне появилась неуверенность. Я переживала, что не подхожу тебе внешне, а когда ты озвучил мои опасения, то сильно расстроилась.
– Я не умею краситься, просто наношу солнцезащитный крем. Это плохо? Ончжу тоже вроде бы только им мажется.
– Почему ты о ней вдруг вспомнила? Это ее дело.
Честно говоря, мне было приятно, когда ты так говорил о ней. Лицо Ончжу сияло и без тонны макияжа, поэтому я повторяла за ней.
– Просто, когда другие девушки собираются на свидания, они красятся и наряжаются. Я подумал, что не нравлюсь тебе, раз ты так не делаешь.
– А, нет, дело не в этом.
– Наткнулся недавно на видео, где какая-то страшила сделала из себя богиню одним макияжем. Так удивился, вот и сказал. Не переживай. Ты и так очень хорошенькая, если еще накрасишься, я могу и не пережить.
Эти слова обрадовали меня, как ребенка, ожидающего подарков. Даже нашла несколько похожих на то видео, о котором ты говорил.
Желая понравиться тебе еще больше, накупила косметики и начала учиться наносить макияж. Все стали говорить, как я похорошела: родственники, которых я давно не видела, знакомые соседки. Когда слышала комплименты, хотелось получать их все больше, будто попала в зависимость. Я желала стать еще, и еще, и еще красивее.
Чем быстрее я приближалась к образу девушек, которые тебе нравились, тем сильнее гордилась собой. Начала носить контактные линзы и завивать локоны плойкой. Чувствовала, что наконец-то стала тебе соответствовать, когда мы шли с тобой, переплетя пальцы, когда ты обнимал меня за плечи или я брала тебя под руку. Будто была на вершине мира, чувствуя зависть в глазах других ребят.
Теперь я каждый день красилась, сидя перед зеркалом. Делала прическу, покупала себе все больше новой одежды. Ты так гордился мной. Размещал мои фотографии в своем аккаунте. А когда в комментариях спрашивали обо мне, ты всегда отвечал одинаково:
«
Верно. Я потихоньку становилась твоей. Такой, как ты хотел и какую бы обожал. Мне это нравилось.
Потому что ты тоже становился моим.
Однажды ко мне в комнату постучалась мама. Она ничего не говорила, когда мои юбки становились короче, а макияж ярче, но, похоже, ее терпение закончилось. В тот момент я переписывалась с тобой, и пришлось быстро спрятать телефон.
– Хэчжу, я не хотела вмешиваться, но, наверное, пришла пора поговорить.
– О чем?
– Ты в последнее время перебарщиваешь.
– С чем?
– Ты перестала быть похожей на мою дочку. Любить – не значит делать все ради его одобрения. Ты должна ему нравиться такой, какая есть. Нельзя же изменить всю себя под его вкусы.
Я ответила не сразу. Обычно бы просто согласилась. Однако в случае, когда дело касалось тебя…
– Мам, принимать меня такой, какая я есть, – это, конечно, хорошо. Но меняться ради дорогого человека – это тоже проявление любви.
– Хэчжу.
– Ты ведь ради папы готовишь еду, которая тебе не нравится.
– По-твоему, это равнозначно?
– Да. Я просто делаю то, что нравится любимому человеку. Это то же самое.
Мама едва заметно вздохнула. В этот момент зазвонил телефон, который я спрятала под подушку. Мама колебалась, думая, может ли она что-то еще сделать и как-то убедить меня, но в итоге сдалась и молча вышла из комнаты. Я снова схватилась за телефон. Ты так настойчиво звал меня из-под подушки.
– С моей стороны я отдала Хэроку все, что у меня было, как он и хотел. И теперь должна была стать «его».
Следователь снова начала записывать что-то в свой блокнот, будто была готова и дальше слушать мой рассказ. Поэтому я продолжила говорить.
