Для Арины эта музыка дождя, видимо, играла роль маятника гипнотизера. Арина уже еле-еле сидела на стуле, постепенно сползая вниз. Голова была затуманена. Она с трудом удерживалась от желания зевнуть. А глаза слипались все сильнее и чаще. Боясь заснуть, тем самым проявив неуважение к руководству, Арина изо всех сил начала больно щипать себя за запястье левой руки. Параллельно с этим Арина пыталась вслушиваться в спор Бейдера с большим количеством других начальников, которые объясняли, что специально подписывали прошение, чтобы все лучшее оборудование и обмундирование оставалось на территории части – на случай приезда больших московских чиновников. Бейдер же доказывал, что большие московские чины и так ездят сейчас по частям со спецназом и группой «Альфа-Эпсилон». Поэтому держать необходимое оборудование здесь «на случай приезда» как минимум глупо, а как максимум – тянет на военное преступление, поскольку ставит любую роту, лишенную этого оборудования, в заведомо проигрышное положение против противника. Ведь всем известно, что армии противника и так в плане личной экипировки укомплектованы гораздо лучше. Связано это было не только с простой нехваткой произведенных комплектов для армии, а больше – с тем количеством предателей, перебежчиков и просто проворовавшихся людей, близких к армии, которые эти комплекты перепродавали врагам.
Последняя фраза, обращенная к Арине, не сразу вывела ее из сонного оцепенения, в котором она оказалась.
– Арина, считаете ли вы возможным, что враг заранее знал о вашем месторасположении?
– Командир роты капитан Смирнов высказал эту точку зрения перед своей гибелью. У него было стойкое впечатление, что все было заранее спланировано. И что враг точно знал о нашем месторасположении. Еще он высказал предположение, что в части может находиться предатель.
Несколько офицеров повскакивали с мест и начали кричать, что Арина не смеет говорить подобные вещи, что это она сама придумала и что ее за клевету нужно отправить под трибунал.
– Господин генерал, прошу вас разобраться, каким образом вся рота полегла, а какая-то баба смогла выжить! Может, она сбежала?
Бейдер только хотел встать и ответить, но не успел. Арина оказалась быстрее. В одно мгновение она оказалась на ногах:
– Интересно, а лично вы часто выходите за ворота части? Теоретик? Или консультант Его Величества? Вы кто такой, чтобы говорить подобное?
К Арине подбежал Субботин и попытал усадить ее:
– Арина Грик, успокойтесь. Сядьте. Не нужно.
– Не нужно – что? – орала Арина. – Не нужно говорить, что я сбежала! То, что мне удалось выжить – чудо и стечение обстоятельств! Я до сих пор не знаю, как я выжила! Учитывая в особенности, что это мое первое боевое задание. Я прошла через ад! Там были люди, с которыми я почти месяц жила, тренировалась, а некоторые стали моими друзьями! Их больше нет. Они погибли. И большинство из них погибло на моих глазах! Мне пришлось расстрелять не один десяток противников! Я не ела нормально трое суток, столько же не спала. За все это время я смогла поспать два с половиной часа! Хотите меня упечь за решетку? Правда глаза колет? Или я напоминаю вам о провале ваших людей, не обеспечивших нас нужным оборудованием, которое, как оказалось, у вас имеется? За несколько часов погибло почти полторы сотни людей! И это не на официальной линии фронта! Там… там… там были ужасные вещи! Оторванные руки, ноги, головы, кишки, разбросанные по всему периметру, перемешанные с человеческим говном! А теперь выясняется, что все это возможно было предотвратить, будь у нас нужное оборудование!!! Почему вы не дали даже дронов?! Почему?! Почему… Как вы смеете обвинять меня? Говорить, что я сбежала?!
Арина резко села и замолчала, уставившись вниз, на свои ноги.
В помещении воцарилась тишина. Присутствующие осторожно переглядывались. Никто не мог понять, как женщина могла позволить себе орать на офицеров.
– И я не баба, я в первую очередь человек. Запомните это! Если не хватает мозгов запомнить – записывайте! Могу даже повторить, – сказала Арина и закрыла глаза.
Потом вдруг она встрепенулась, как от удара током, и быстро и немного сбивчиво начала говорить:
– А еще мы долго не могли убить противника полностью. Я не знаю, под каким веществом находились эти люди, но они действовали механически, что ли. У некоторых были оторваны те или иные конечности, но они как будто этого не замечали. В сохранившихся файлах есть на последних двух часах такие люди. Посмотрите. Вы поймете, о чем я говорю.
В этот момент вскочил секретарь и затараторил, обращаясь к Арине:
– Мы и так понимаем, что вы говорите бред!
Арина уже не слушала его. Силы быстро покидали ее.
В этот момент Бейдер встал и подошел вплотную к Подлицкому:
– Господин Подлицкий, кажется, вы должны были задавать вопросы позже, но вы их сейчас не задаете, а вступаете в дискуссию с моим солдатом. Я предлагаю вам успокоиться. Более того, я предлагаю на сегодня закончить опрос. Надо все же к своим солдатам относится по-человечески.
