– Самое важное, что нужно спасти, – это блок коммуникационный. В нем карты памяти со всеми записями с начала нашего похода, там также все дешифровки, которые удалось засечь и которые нам передал Гамбозов. В общем, там все. Ты ни при каких обстоятельствах не должна оставлять медицинский кейс. Ты его видела. Его надо доставить обратно. Имей в виду, если вдруг будет совсем явный перевес, ты должна уйти через тайный ход, потом лесом – к спрятанной бронетехнике. Ты все поняла?
– Да, командир.
– Так, пытайся пробиться в эфир к Гамбозову. И еще раз попробуй связаться со штабом, назови им кодовую фразу: «Веселые пороги реки Дона. Пять, шесть, шесть». Повтори. Это код, который даст штабу понять, что у нас ЧС. И вот что… Если все станет совсем плохо, и ты будешь уходить отсюда, ты обязана подорвать эту гору, когда выберешься. В основание ее я лично заложил и замаскировал взрывчатку. Тебе только нужно запустить цепную реакцию, и все взорвется достаточно быстро.
– Зачем вы мне это говорите? Мы еще ничего не проиграли. И если и будем уходить, то все вместе.
Смирнов грустно усмехнулся. У него еще со вчерашнего дня появилось очень нехорошее предчувствие. Он отгонял эти гнилые, как ему казалось, мысли. Но с каждым часом предчувствие росло как снежный ком. Он отчетливо осознавал, что живым из этого похода он не вернется.
– Идем наверх! Я покажу тебе основное вооружение, что находится в палатке, – сказал Смирнов.
Арина коротко кивнула, и они взбежали наверх. Показав все боеприпасы наверху, Смирнов снова взял ее за плечи и сказал:
– Будь предельно внимательна и осторожна! Запомни всю информацию и, что бы ни случилось, сохраняй холодный ум!
Арина повернулась, чтобы спуститься вниз, и в этот момент посыпались выстрелы. А потом все происходило, как в замедленной съёмке.
Вот она поворачивается к Смирнову и сталкивается с его упрямым и решительным взглядом. Смирнов разворачивает ее обратно и буквально выталкивает в проход. Звучат оглушающие взрывы. Арина падает. Она чудом успевает схватиться за лестницу и буквально виснет на ней. Через секунду, падая вниз, она задевает несколько мониторов. От толчка те с грохотом летят на земляной пол и разбиваются.
Арина встала на карачки. В голове стоял какой-то ужасный протяжный звук – в нем был и звук труб, по которым гудит вода, и колокольный звон, и отбойные молотки. Периодически все это сменялось звенящей тишиной, от которой голова начинала раскалываться.
Арина закрыла глаза и попыталась прислушаться к себе. Что происходит? Что все это значит?
Она попыталась встать, но ни пальцы, ни руки, ни ноги не слушались. Все тело было каким-то ватным, в глазах темнело. И вокруг, и внутри нее висела эта пульсирующая тишина.
Арина села на землю и закрыла лицо руками. Так она просидела минут пять, хотя ей показалось, что прошли все сорок. Не меньше.
Периодически ее начинало подташнивать, хотелось лечь на землю и просто заснуть. Арина немного посидела. Портативные, хотя и не очень яркие, лед-лампы не давали ей окончательно провалиться в бездну сонливости, так сильно навалившуюся ей на плечи. До нее начало доходить, что с ней происходит. Перед тем, как она впала в это состояние, Смирнов ее толкнул. А всего за секунду до этого послышались мощные взрывы. Тогда получается, что у нее контузия. Арина прислушалась к своим ощущениям. На всякий случай ощупала себя. Сейчас тактильные ощущения могли сказать гораздо больше. Нет, кажется, она каким-то чудом не поранилась. Только саднят левое плечо и колени, но это из-за того, что при падении Арина задела лестницу и оборудование. Не поднимаясь на ноги, на карачках, Арина подползла к медицинскому оборудованию. Часть его стояла наверху, у самого выхода из пункта наблюдения, часть осталась здесь. При необходимости его всегда можно было поднять наверх. Арина вскрыла одну из аптечек и, найдя сухой лед в специальных упаковках, приложила его к затылку, а затем к вискам. Посидев так минуты две, Арина убрала лед обратно в аптечку, взяла ее, несколько гранат, автомат и один из портативных минометов, вылезла на поверхность. С выходом на поверхность пришлось немного потрудиться: он оказался завален землей и накрыт частью палатки.
Арина постепенно приходила в себя. Оглядевшись, она аккуратно проверила всю палатку и в дальнем углу нашла того, кого так боялась найти. Там лежал Смирнов. Глаза его были открыты, из уголка рта вытекла струйка крови. Он лежал в неестественной позе. В голове была огромная трещина, из которой выливалась какая-то жидкая субстанция. Арина не стала выяснять, что именно это было, просто закрыла Смирнову глаза и укрыла его частью палатки, прошептав:
– Покойся с миром, Дима Смирнов.
Потом она вспомнила, что внизу, помимо боеприпасов, стояли ящики с фейерверками. Их взяли на случай, если на роту нападут и понадобится предупредить другие роты и отряды. Фейерверки в небе были бы видны издалека.
Арина спустилась обратно и медленно, в несколько приемов вытащила, вытолкала, выволокла наружу один ящик.
Аккуратно, стараясь не вставать в полный рост, она выползла из палатки.
