– Решаю вашу проблему, – ответил я, – Фараон не будет против, если эти ваши хориты уйдут так далеко, что не будут мешать его планам?
– В его планах вся Родина! – возразил танкист.
– То, куда я предлагаю уйти, многим дальше, чем была Родина. – я обратился к человеку в окне, – Слыхали, о Швеции? И о городе Мальмё?
– И что там такого, что должно нас мотивировать уйти? – спросил бывший полицейский.
– А то, что там нынче центр консервативной культуры. Там есть всё, что вам может понравиться: исключительно белое население со всей Европы, сохраняющее старую веру и не переносящее инородцев и иноверцев, исключительно семейственное и традиционное. Ничего подобного, я на просторах Родины пока не видел. Там очень много людей ваших взглядов, что объединились для распространения своих идей по всему континенту. У них огромная армия! Просто «земля обетованная» для вас! И я могу нарисовать вам карту, чтобы вы туда дошли. Это не так уж и сложно, особенно целым караваном.
– И что же, нас там примут?
– Ну конечно! Им нужны люди, которые смогут жить в духе старых времён и защищать эти ценности!
Как же нещадно я врал… Не был я на самом деле ни в каком Мальмё, и даже в самой Швеции. Уж не знаю даже, существует ли это страна сейчас или люди ушли многим южнее, всё же населения там было не так уж и много. Тем более мне не известно о том, есть ли там государства, и каких ценностей они придерживаются. Мне просто хотелось побыстрее решить вопрос с хоритами и сплавить их куда подальше, чтобы забрать наконец чёрный ящик.
Таким людям, я имею имею ввиду тех, кого не принимают на Родине, очень уж хочется верить в то, что есть где-то земля, где трава многим зеленее. И они готовы бежать туда сломя голову, вне зависимости от своих взглядов. Не важно, как там будет на самом деле. Ведь хорошо не там «где нас нет», а там «где нет их». Ради этого побега от своих же, наделённых другими взглядами об устройстве общества, но также ратующих за родную землю, оставляли свои дома и расправляли ядовитые языки люди всех политических взглядов на протяжении всей истории Родины: коммунисты, демократы, монархисты, анархисты и прочие, прочие, прочие.
Поэтому я был уверен, что хориты сочтут такую легенду не просто приемлемой, но и практически сразу поверят в неё. Ведь просто врать тому, кто и сам обманываться рад. И мне уже будет всё равно, касательно того, что будет с этими людьми там. Найдут ли они кого-то в Швеции, или, может, окажутся в ревёрсе истории Рюрика. Главное, что они уйдут. А остальное уже не моя забота.
И они ушли. Взяли, собрались как следует и организованно покинули бункер, пролагая путь по той же дороге, по которой танки въезжали в Мышкин. Войска фараона проявили честь и не стали им мешать. Тем более, что это решало и их проблему: теперь этот городок, да и все окрестности бывшей Москвы оказались свободны от мятежников.
Когда хориты уходили, я спросил у Коваленко:
– А где, собственно чёрный ящик, который вы у нас забрали?
– Ящик? А, ну да, понял о чём ты. Его, и вашего друга удерживает Игорь, там в низу. Когда я ему сказал о том, что договорился с Фараоном, тот психанул, взял пушку и заперся вместе с недавними нашими приобретениями. Уж больно он дорожит «семьёй», чтобы куда-то уезжать из города.
– И что делать?
– Что хотите. Это не моя проблема.
С этими словами он ушёл. А ко мне подошла Та-что-рыщет, очевидно, слышавшая наш разговор:
– Ну что, пойдём тогда вниз, заберём то, зачем приехали.
– Вот так, сами?
– Да, в некоторых вопросах можно надеяться только на себя. Вот, держи, – она протянула мне пистолет Лебедева, – на случай, если ты только что исчерпал весь лимит дипломатии.
Я не особо хорошо обращался с оружием, но делать было нечего. Как нечего было делать с необходимостью спускаться в пучины бункера. И мы спустились. Моя напарница приготовила к бою свой клинок, а я судорожно водил по серым сводам и тёмным провалом проходов стволом своего пистолета. Мы продвигались медленно, но уверенно, осматривая каждый закуток и ответвление, коих в железобетонном чреве было бесчисленное количество.
В какой-то момент поисков, мы всё же наткнулись на то место, где засел последний оставшийся хорит. И тогда всё произошло стремительно. Стоило мне открыть железную дверь в очередную комнату, как мимо моей головы пронеслась пуля. Если бы не какая-то поражающая воображение скорость моей спутницы, сумевшей не только выскочить вперёд меня, но и отбить последующие несколько очередей из пистолета-пулемёта, одной только катаной, я бы точно умер.
Но вот, у нашего противника закончились патроны и он, схватив увесистый цилиндр чёрного ящика в одну руку, поспешил ретироваться в другой коридор, выходящий из этого помещения.
К слову, в этой же комнате находился и Фенрир, пребывавший в колбе в состоянии склизкой чёрной массы. И моя напарница бросилась его освобождать, бросив мне:
– У него нет патронов! Нагони его, а я пока освобожу нашего друга!